— Так что же вы собираетесь делать с Питером и Лианой?
— Я… я даже и не знаю. Все это так неожиданно…
— Может, для начала пойдем позавтракаем? — предложил Леви. — Трудно принимать решения на пустой желудок.
Эмили с облегчением кивнула и отправилась на кухню.
— Мне осталось только сварить яйца, — сказала она на ходу. — Приходите.
Они только успели сесть за стол, как за дверью послышались шаги Питера и Лианы. Дверь была чуточку приоткрыта, и все трое хорошо слышали голос Лианы:
— Я знаю, Питер, но нельзя же просто взять и послать их подальше! Это ведь моя мама, и Никки…
Наступило молчание — очевидно, Питер отвечал знаками.
— Питер, это же неправда. Мы ведь знали, что поступаем нехорошо. Помнишь, мы даже пытались остановиться? Ну вот, заварили кашу — надо расхлебывать… Нет-нет, говорить буду я… Ты какой-то бешеный. Ты только все испортишь… Слушай, нам и так хватит неприятностей. Если ты еще…
Тут наступила долгая пауза, а потом послышался голос Лианы, почему-то немного хрипловатый:
— Питер, так нечестно. Ты же знаешь, что я права, и вместо того чтобы согласиться, ты целуешься…
Последовала еще более длительная пауза. Сидящие за столом переглянулись. Леви чуть заметно усмехнулся, но Эмили с Никки были не уверены, что это так уж смешно.
Наконец Лиана произнесла почти шепотом:
— Да, я знаю. Я тебя тоже люблю.
Вскоре дверь распахнулась, и они вошли, рука об руку. Питер держался вызывающе, а у Лианы был такой вид, словно она попалась на краже варенья.
Эмили улыбнулась так, словно ничего не случилось.
— Доброе утро. Проходите, садитесь. Завтрак стынет.
Питер с Лианой неуверенно переглянулись и заняли свои места. Эмили встала и подошла к плите.
— Кофе?
— Да, пожалуйста…
Пока Эмили разливала кофе, Лиана не поднимала глаз от своей тарелки.
— Мама, не надо! — вдруг воскликнула она, вскочив на ноги. — Я знаю, что ты думаешь. Это неправда. Нам с Питером было очень хорошо, но тебе этого все равно никогда не понять, так что скажи, как вы нас накажете, и все!
Эмили обернулась и посмотрела в глаза дочери. Она ничего не сказала — лишь по дрожащему подбородку да боли в глазах можно было догадаться, какой беспомощной она себя чувствует.
Наконец Леви нарушил молчание.
— Я могу придумать для вас лишь одно наказание, — произнес он мрачным голосом, — но оно весьма суровое. — Он отхлебнул кофе и глянул на провинившихся поверх чашки. — Хуже может быть только смертный приговор.
Питер и Лиана испуганно переглянулись.
— А… — Лиана нервно прокашлялась и начала снова: — А какое?
— Насколько я понимаю, вас следует поженить, и чем скорее, тем лучше!
Поженить! У Никки оборвалось сердце, когда до нее дошел смысл слов Леви. Если бы Леви знал о той ночи, которую он провел с Никки, он, наверно, тоже решил бы, что ему следует жениться на ней. Она не хотела этого, а все же вышло так, что она воспользовалась своим телом как ловушкой для мужчины.
28
— Еще одну, Лиана!
Никки застегнула последнюю атласную пуговку и отступила назад полюбоваться на свою работу.
— Нет, тридцать две пуговицы — это, конечно, смешно, но смотришься ты великолепно.
Лиана провела рукой по пышной юбке своего венчального платья и рассмеялась.
— Великолепно смотрится платье твоей матушки!
— Нашей бабушки, — поправила Никки. — Нет, это именно ты такая красивая в нем. Оно словно на тебя сшито.
Когда они начали готовиться к свадьбе, Эмили вспомнила про венчальное платье своей матери и решила поискать его. Платье нашлось в старом сундуке, аккуратно свернутое. Оно было атласное, отделанное кружевами, чуть пожелтевшими от времени. Лиана и Никки прямо ахнули от восторга.
Теперь Эмили подгоняла юбку. Она улыбнулась дочери.
— Она права, дорогая. Этот цвет тебе очень к лицу.
— Вздор! — Лиана чмокнула мать в щеку. — Вот на тебе оно будет смотреться великолепно, когда ты наконец соберешься выйти замуж.
— Я, замуж? — фыркнула Эмили. — В мои-то годы! Глупости какие.
— А доктор Бейли? По-моему, он в тебя влюблен.
— Джон Бейли вернулся в Массачусетс. Он, наверно, давно забыл меня, — ответила Эмили, старательно пряча глаза.
— Ну да, — понимающе улыбнулась Лиана, — оттого-то он и пишет тебе каждую неделю.
Эмили покраснела до ушей, но тут дверь открылась, и ответить она не успела.
— Прибыли мистер Кентрелл и Питер… Боже мой! — миссис Адамс увидела Лиану и Никки и застыла на пороге. — В жизни не видела никого красивее вас двоих!