Вчера они весь день испытывали небывалую близость друг к другу. Как и рассчитывал Леви, до Лендера они добрались к вечеру, но в город заезжать не стали и заночевали у подножия Виндриверских гор. Им оставалось всего миль двадцать пять.
Весело перешучиваясь с Леви, Никки разогрела бобы. Вечер пролетел незаметно. Ночную тишину то и дело будили взрывы хохота. И сегодня это удивительное чувство близости связывало их с самого утра, пока они взбирались по крутой горной дороге к Саутпасс-сити. Леви помимо своей воли думал, что будет на обратном пути.
Леви догнал Никки, лишь когда та привязывала лошадь к коновязи перед салуном «Кариеса».
— Теперь понимаю, что ты имел в виду, когда говорил, что в этом городе одни салуны, — сказала Никки. Рядом с «Кариссой» был «Белый лебедь», а напротив через улицу — «Золотая подкова». А там еще один, и еще один — вдоль всей этой оживленной улицы тянулись сплошные салуны. Были там, конечно, и более почтенные заведения, но преобладали салуны, дансинги и игорные притоны.
— Теперь понимаешь, почему я хотел оставить тебя дома?
— Я понимала с самого начала, — усмехнулась Никки. — Не хотел дать мне поразвлечься?
— Никки…
— Да полно тебе, Кентрелл. Посмотри вокруг. Тут же полно женщин, и никто из них не боится, — она указала на старушку, которая брела по тротуару, цепляясь за руку молодой девушки. — И чего здесь может быть страшного?
— Здесь полным-полно неотесанных старателей, которые напиваются и…
— И не обращают внимания на подростков, — вставила Никки.
Леви неохотно признал, что она права. Когда Никки в этих штанах и свободной рубахе, действительно невозможно догадаться, что она женщина.
— И все-таки старайся ни с кем не разговаривать без особой необходимости.
— Слушаюсь, командир! — Никки вытянулась, отдала салют и направилась к ближайшей лавке. — Начну с этой стороны улицы.
Город оказался для Никки чем-то совершенно новым. Родилась она на Востоке, но выросла на малонаселенном Западе и почти не бывала нигде, кроме Ноувуда с его единственной лавкой. Для того чтобы обменять золото на деньги, надо было на каждый самородок что-то купить. А купить было что! У Никки глаза разбежались. В скобяной лавке Никки купила набор колец для упряжи, у цирюльника — мыла для бритья, а седельник продал ей пару запасных седельных сумок, чтобы уложить покупки.
Ей ужасно понравилась лавка модистки. Сколько там было шляпок! Никки долго размышляла и наконец выбрала шляпку из итальянской соломки для Лианы. Приказчик понимающе подмигнул и поинтересовался, кому это: сестрице или подружке? Никки покраснела.
Но интереснее всего оказались мелочные лавки. Там было все что душе угодно. Никки купила шаль для тети Эмили, красное шерстяное одеяло, а Питеру — новый нож для резьбы по дереву. В последнем магазине Никки наткнулась на кучу всяких консервов и решила запастись провизией на обратную дорогу. То-то удивится Леви, когда вместо бобов она откроет коробку с сардинами! Приказчик заверил ее, что это очень вкусно, особенно если есть их с содовыми крекерами. Крекеров Никки тоже купила.
И тут ей на глаза попались ткани. Она вдруг вспомнила Леви на свадьбе. Он смотрел на нее не отрывая глаз, и вид у него был очень странный. Не сшить ли себе парочку новых платьев?
Минут через десять Никки выбралась из лавки с двумя отрезами на платье, ужасно довольная собой. Леви вышел из салуна напротив и остановился, щурясь от яркого солнца. Возбужденная Никки бросилась было к нему, чтобы поделиться своей радостью, но тут его окликнул чей-то незнакомый голос:
— Господи! Леви, это ты?
Леви обернулся и расплылся в улыбке. Навстречу ему устремилась женщина. Это была одна из самых красивых женщин, каких доводилось видеть Никки. Леви изо всех сил стиснул незнакомку в объятиях. Никки показалось, что мир рушится.
Даже через улицу было видно, что у этой женщины — густые каштановые волосы, уложенные в элегантную прическу. Никки была уверена, что эти глаза, что с такой любовью смотрят на Леви, — зеленые и что эта высокая изящная женщина — не кто иная, как та самая таинственная Стефани.
Парочка поболтала несколько минут, потом Леви наклонился и поцеловал женщину.
Никки чувствовала какую-то пустоту. Стефани снова обняла Леви, взяла его под руку, и они направились к отелю, за дверьми которого и скрылись.
Никки шагала по улице, не разбирая дороги и не обращая внимания на недоумевающие взгляды, которыми ее провожали. Наконец она забилась в какой-то укромный уголок, опустилась на землю и спрятала лицо в ладонях. Слава Богу, никто не услышал ее отчаянных рыданий и не поинтересовался, что это за мальчишка ревет позади конюшни.