— Что так?
— Не знаю, мастера буду вызывать.
— И давно камеры не работают?
— Дней десять.
— А мастера только собираетесь вызывать?
— А зачем камера, когда в доме двое мужчин?
— Телефон вашего мужа уже вторую неделю молчит.
— Разбил он телефон. — Чаплыгина снова отвела взгляд.
— Когда?
— Вторую неделю уже как…
— А новый купить не может?
— Не хочет.
— Почему?
— Надоели, сказал, все…
— Мне тоже надоедает. Когда мне врут…
— Кто врет? — нахмурилась Чаплыгина.
— Это я в общем.
— В общем?
— А теперь о частностях. Мы обязательно найдем труп вашего мужа. И если вдруг выяснится, что сегодня утром он уже был мертв, вы будете привлечены к ответственности как соучастница убийства. Как соучастница, понимаете? Или даже как организатор.
— Вы мне угрожаете? — дрожащим голосом спросила Чаплыгина.
— Я вас предупреждаю!
— Нет, вы мне угрожаете!..
— За организацию убийства вашего мужа вам грозит пятнадцать лет лишения свободы. А его труп мы обязательно найдем! — нащупав болевую точку, давил Макс.
Чаплыгину трясло от страха, взгляд метался, как птица в клетке, но тем не менее она упорно гнула свою линию.
— Это допрос! И вы мне угрожаете!
— Пока это просто беседа. Допрос будет у следователя.
Макс вынул из папки повестку, вручил под подпись. А к дому, сверкая черным лаком, подъехал «Гелендваген», из машины вышли Свинцов и еще одна знакомая личность. Залкин Зиновий Львович, довольно известный в городе адвокат, причем со связями, плохи дела, если Свинцов заручился его поддержкой.
Свинцов не стал открывать ворота, вышел из машины, увлекая за собой адвоката. Пока Макс наблюдал за ними, Чаплыгина улизнула, заперев за собой калитку.
— Все никак успокоиться не можешь, капитан? — Свинцов хищно кривил губы.
— У меня поручение следователя, — хлопнув себя по карману, сказал Колодин.
— Я могу ознакомиться? — Залкин приложил пальцы к носу, приподнимая воображаемые очки.
Лет сорок ему, не больше, не худой, не толстый, полный сил и энергии, но ему почему-то нравилось изображать из себя уставшего от жизни старика, он был нарочито медлительным, с тяжелой походкой, временами шаркающей.
— Конечно, копия у следователя Ядрыгина. Все вопросы к нему.
— Я, конечно, знаю вас, товарищ капитан, но все равно хотелось бы ознакомиться с вашими документами, — по-старчески утомленным голосом проговорил Залкин.
— А мне бы хотелось послать вас в одно место, — вежливо улыбнулся Колодин. — Но я же этого не делаю! Не имею права.
Он повернулся к своей машине, но Свинцов оказался у него на пути.
— Я ни в чем не виноват, капитан. И Валерию не трогай. Никого не трогай!
— А то что? — усмехнулся Макс.
— А то все!
— Ну-ну!
Макс решил уйти от прямого обмена угрозами. Метать молнии впустую — удел слабых, а он сильный. Поэтому ударит наверняка. Когда придет время. А сейчас в отдел — отчитаться о проделанной работе. Так уж заведено в полиции, каждый свой шаг нужно отмечать на бумаге, кто не дружит с бюрократией, тот в свои тридцать шесть лет ходит в капитанах. Максу давно пора это понять.
Услуги адвоката влетели в копеечку, но оно того стоило, мента как ветром сдуло. Свинец уже навел справки, у Колодина проблемы с законом, именно поэтому он не стремился обострять ситуацию. Возможно, его и не стоит бояться. Но все же Свинец решил подстраховаться, отправил Залкина к Галке, вдруг Колодин захочет пообщаться и с ней.
— Не сказала я ничего! — уверяла Лера. — Даже в дом мента не впустила! Ты же видел!
— Видел. Потому что вовремя подъехал… — усмехнулся Свинец. — Или все-таки успела сболтнуть?
— Да нет же, говорю!.. Что ты говорил, то я и сказала!
— Мент понял, что ты врешь?
— Нет… То есть да… — вздохнула Лера.
— То есть он от тебя теперь не отстанет, — мрачно усмехнулся Свинец.
Они стояли посреди холла. Лето, но на улице нежарко, в доме прохладно и без кондиционера.
— Теперь он меня достанет!.. Но я ему ничего не скажу! — поспешила заверить она.
— И не надо. Им ведь все равно, будешь ты жить или нет после того, как меня сдашь. И расстреливать они меня не станут. Заметут, закроют, но ты знай, я кого-нибудь к тебе отправлю. Кого-нибудь, кто из тебя кишки вытряхнет. Это просто: разрезают живот через пупок, кишки вываливаются, а ты ползаешь по полу, собираешь их… А соберешь — все равно сдохнешь!
— Да не скажу я ничего! — бледная как смерть, простонала Лера.
Входная дверь вдруг открылась, Свинец невольно вздрогнул. Охраны с ними нет, Залкин уехал, неужели мент вернулся?