– Нет-нет, я верю, – улыбнулся Никита, – Это папа так порой на эмоциях ругается. Вспышка – класс быстроходных боевых катеров, которые первыми приходят на помощь военным на дальних рубежах и в свободном космосе. Учитывая то, что за пределами изученных систем может встретиться ранее неизведанный противник, такие катера при довольно малом размере имеют очень мощные двигатели и чудовищной силы вооружение. В идеале они должны действовать столь быстро, что враг должен заметить лишь вспышку сработавшего оружия за секунду до своего уничтожения, но не сам катер. Вот военные так и ругаются, когда их что-то довело.
Он вернулся к озеру, куда упала капсула, но обогнул его и забрался на дерево на самом дальнем берегу, чтобы понаблюдать, что будет дальше.
– Капитан, я считаю, что сидеть вот так на дереве, пусть и на некотором расстоянии, не очень разумно. Мы ещё не знаем возможности их техники. Если тебя поймают? – говорил с заботой и тревогой компьютер.
– Федь, мне нужно передохнуть и привести мысли в порядок. В костюме я могу двигаться часами, но куда? Боюсь, что бегая по ночному лесу, не зная о местных людях, я натолкнусь на неприятности, как вышло с тем мужчиной. Давай посмотрим, что они тут будут делать. К тому же уже светает, – небо наполнялось предрассветной синевой, – мне безопаснее переждать день в лесу.
– Я понял. Сенсоры на максимум. Буду предупреждать о подозрительной активности. Адаптирую поверхность костюма, чтобы максимально скрыть работу электроники и тепло твоего тела.
– Хорошая идея! Спасибо! – Никита был искренне рад подобным предложениям Федьки.
– Стараюсь, капитан, – спокойно ответила машина.
Стремительно наступающий рассвет раскрыл им карьер красивого жёлто-белого песка. Основную часть карьера занимало озеро – при дневном свете оно уже не выглядело таким большим, как показалось Никите ночью. Здесь кипела бурная деятельность.
На пляже люди в зелёном окружили широким кольцом тех ночных купальщиков, которых Никита видел, когда выбрался из капсулы. Купальщики сидели кто на песке, кто на каких-то стульчиках. Их по одному заводили в тёмно-зелёный тент, после чего через какое-то время выводили обратно.
На берегу, где Никиту подвергли бомбардировке, работала группа людей в больших белых костюмах с довольно массивными шлемами. Они что-то измеряли разнообразными датчиками, брали пробы воды, затвердевшего и ставшего похожим на карамель песка.
Люди в зелёном с чем-то в руках, что Федька оценил в качестве оружия, ходили по берегу. Отдельные их группы ходили по лесу и не давали приближаться к карьеру всем, кто был не в их форме. Пару раз они проходили вблизи дерева, на котором сидел Никита, но ему удалось сдержать нарастающую панику и не выдать себя бесполезным прыжком на соседнее дерево.
Больше всех внимание Никиты и Федьки привлекли два человека.
Один был в тёмно-зелёной форме с золотистыми знаками отличия на плечах. Одежда скрывала его комплекцию, но было очевидно, что он довольно субтильного телосложения. На лице он носил небольшую оправу очков с прозрачными стёклами – Никита посчитал это каким-то устройством. Мужчина имел жидкие каштановые волосы немного седые у висков. Прихрамывая на правую ногу, он неспешно ходил по песку вблизи того крупного тента, куда уводили купальщиков. Периодически он останавливался и курил – Никита как-то в одном историческом кино видел подобную привычку у людей прошлого и знал о ней, а вот у Федьки была масса вопросов в духе «Зачем же дышать дымом? Это же просто противно!». Часто к этому человеку подбегали другие «зелёные» и что-то докладывали. Он слушал их, что-то говорил, указывал уверенными жестами в разные направления, после чего люди бежали выполнять распоряжения. Пользуясь звукоизоляцией шлема, Никита рассуждал вслух:
– Если брать за основу то, как повели бы себя у нас в подобной ситуации, то эти в зелёном – военные. А тот у них – местный главный.
– Хорошо. А кто тогда вон тот? – Федька выделил на обзорном экране зелёным кружком другого человека, так же заинтересовавшего и Никиту.
Это был довольно тощий человек с «прилизанными» соломенного цвета волосами, острыми чертами лица. Особенно выделялся острым углом его нос. Он был одет в тёмно-серую одежду строго вида, сильно отличавшуюся от военной формы первого человека. Он не ходил по песку, а лишь стоял на одном месте, сложив руки на груди, и всматривался на противоположный берег, где ночью вышел из воды Никита. Иногда к нему подходил главный военный, что-то говорил – тот лишь кивал в ответ.
– Не знаю. Но военный с ним советуется. Может быть, какой-нибудь учёный? Наши военные на падение неизвестного объекта или инопланетного корабля позвали бы инженера для оценки найденного аппарата, биолога для анализа формы жизни… Или ещё кого-нибудь.