Их разговор прервал новый грохот аппаратов в небе.
Через некоторое время в поселении, раскинувшимся у здания с колоколом, закипела жизнь: несколько больших машин привезли много военных. С колокольни было видно, как солдаты группами проходили между домами, стучали в двери домов и беседовали с поселенцами. Несколько солдат осмотрели территорию белого здания. Нашёлся даже один шустрый, быстро поднявшийся по лестнице к колоколу и, не найдя там кого-либо, быстро вернулся к остальному отряду. Никита этот момент провёл на наружной стене колокольни. Суета продолжалась довольно долго – лишь поздней ночью машины с солдатами скрылись в неизвестном направлении.
Сев на край оконного проёма, сняв шлем-капюшон и свесив ноги вниз, Никита с грустью вздохнул:
– Поели «домашнего».
Федька в ответ лишь активировал систему питания: из-под костюма по шее ко рту «проползла» трубочка, по которой Никита потянул тёплый молочный коктейль с чем-то таким, что отдалённо напоминало не то кашу, не то перемолотую курицу.
Когда Никита перекусил, Федька посоветовал:
– Думаю, остаток ночи и завтрашний день надо отсидеться здесь, а ночью пройти в небольшой город. Там мы сможем лучше узнать местных людей.
От череды навалившихся на голову мальчишки событий Никита был уже серьёзно вымотан. Он молча кивнул, накинул обратно шлем-капюшон, свернулся калачиком прямо под колоколом и быстро уснул, не замечая, как костюм под командами заботливого НР включил максимальную защиту и маскировку.
Глава 6
Немного физики, истории и физкультуры
В сопровождении священника агент ФСБ поднялся на последний этаж колокольни. Осмотревшись, агент подошёл к одному из пролётов и опасно близко к краю сел на корточки, словно хотел рассмотреть пол у себя под ногами. Дыхание отца Владимира замерло. Агент меж тем спокойно сидел и смотрел куда-то в даль, а потом внезапно спросил, выводя Владимира из оцепенения, мягким, но довольно картавым голосом:
– А что именно у вас исчезло сегодня утром?
Никита проснулся, когда солнце стояло уже высоко в чистом синем небе. Ни кто не заходил на колокольню, не пытался искать его там. Поэтому Федька, пользуясь таким перерывом, дал своему капитану время на отдых и не будил без нужды. Днём с колокольни открывался очень красивый летний вид на словно золотое поле и стоящий тёмно-зелёной стеной позади с другой стороны лес. Хорошо были видны крыши домов того города, куда предложил идти Федька. Внизу порой ходили какие-то люди – явно не военные, что радовало. Сладко потягиваясь, Никита спросил:
– Сколько я спал? – После хорошего сна он ощущал себя столь бодро, словно уже выбрался из всех неприятностей.
Федька отрапортовал:
– Восемь с половиной часов. Хороший здоровый сон. Это место пока ни кого не интересовало. Так что можешь размяться и позавтракать, а я оценю обстановку.
Никита сделал зарядку, чтобы быстрее прийти в тонус. Затем подкрепился вновь не то кашей, не то супом из запасов. Опасаясь быть замеченным при свете дня, он не рискнул подойти к проёму в стене, а подполз к краю и осмотрелся.
У белого здания, где прошла ночь, трудились молодые женщины и мальчишки на вид одного возраста с Никитой, а кто и чуть младше. Женщины подметали дорожки, руководили детьми. Дети же большими кисточками красили ограждения вдоль дорожек на территории здания, что-то таскали. Единственный взрослый мужчина – высокий толстяк с длинными тёмными волосами и неопрятной бородой, контрастирующей с его чистой белой рубашкой, расправленной поверх чёрных просторных штанов – лишь ходил, кивал на различные вопросы женщин и поглаживал какую-то золотистую фигурку, висящую у него чуть ниже бороды.
Федька поинтересовался:
– Мужчина руководит?
– Наверно, – растерянно ответил Никита, – Или болен чем-то, от чего не может поднимать тяжести, поручив это детям. Вон посмотри, какой у него большой живот – это же явно признак проблем.
– Ну да, – лишь сухо согласился компьютер, – О! Ещё один, – Федька отметил кружком на обзоре приближающегося к ограждениям здания мужчину, очень похожего на первого, но менее толстого и чуть ниже ростом. Этот и вовсе был одет во всё чёрное.
Толстяк в рубахе басовито поприветствовал:
– Отец Кондратий! Приветствую!
Женщины побросали свои дела и побежали гурьбой к гостю. Кто-то что-то быстро говорил. Никите, уже начинавшему привыкать к речи местных, всё же было трудно распознать, о чём шли их разговоры. Мужчина в чёрном многозначительно кивал, делал широкие жесты руками. Суета прекратилась так же быстро, как и началась: после обмена совершенно непонятными Никите фразами женщины поклонились мужчине и быстро вернулись к своим делам. Двое мужчин сблизились и обнялись, что при их комплекции выглядело забавно. Никита сосредоточил сенсоры на этой парочке, чтобы подслушать их разговор.