Длинные пальцы бас-гитариста дразнят, ласкают, заставляя срываться с ее рта все новые и новые стоны. Он играет на ней, словно на гитаре. Все быстрее и быстрее, глубже и глубже, сильнее и сильнее. Пока она с криком не выгибается дугой, с силой сжимая его запястье.
Девушка глубоко вздыхает, открывая глаза. Эта ночь будет являться ей ещё очень долго, вот только в кошмарах или… Она прислоняется спиной к холодному кафелю, обнимая себя за плечи. Тело до сих пор волнуется и дрожит от минувших событий.
Она открывает глаза и тут же тонет в зеленых омутах. Он улыбается так… Хищно… Властно… Словно… Демон или колдун. Его глаза поблескивают… Она никогда его таким не видела…
— Саааш. — Тихо произносит она. Он улыбается теплее и, наклоняясь, мягко целует ее, словно подтверждая: «Да, это все тот же я, я не причиню тебе боли.» Она касается его щеки, мягко поглаживая. Их взгляды встречаются. Бесята в зелёных глазах словно зовут пуститься в омут с головой. Что она и делает. Тянется к нему и сама целует, беря инициативу. А он и не против. Она переворачивает его на спину и садится верхом. Рубашка полетела на пол. Не только он умеет кусаться. Сбитое, хриплое дыхание наполняет комнату. Горячий влажный язык скользит по коже, оставляя прохладный след. Звякнула пряжка ремня, звук шуршания молнии. Он с шумом втягивает в себя воздух. Тонкие женские пальцы нежно обхватывают ствол. Она ведет вверх, а затем вниз. Ещё раз вверх, вниз. И у него сбивается дыхание. Мягкие губы обхватывают головку, словно обнимая ее. Он сжимает пальцами одеяло. Так горячо, так влажно. Вверх, вниз, вверх, вниз. Он зарывается пальцами в ее волосы, направляя. Она выпускает изо рта член и поднимает на него взгляд. Он словно чувствует это и ловит его. Обхватив ствол ладонью, она ласкает его и, прикасаясь языком, ведет вверх, не отрывая взгляда от его потемневших от возбуждения глаз. Он не выдерживает и, хватая ее за плечи, тянет вверх.
В ванной душно. Комната заполнена паром. Эти чертовы вспоминая… Лезут и лезут в голову… Кажется нет места на теле, где бы он не прикасался.
Он резко опрокидывает ее на спину, устраиваясь между ног. Ждать, уже нет сил у обоих. Один глубокий толчок и он в ней.
— А-а-а…
Без привыкания, без раскачки, он начинает двигаться мощно и глубоко. Хрупкое тело под ним дрожит, принимая всего. Наслаждаясь его силой и властью, упиваясь своей слабостью. Он сминает ее губы, терзая их. Срывая с них стоны наслаждения.
Ладони сами скользят по влажной коже живота вниз.
Он обнимает ее, прижимая к себе крепко-крепко. Она обхватывает его ногами. Руки скользят по влажной коже, оставляя красные отметины. Звуки все громче, поцелуи все жестче, движения все резче.
— Ааа… Даааа… - Она впивается ногтями в его плечи, оставляя царапины. Он рычит, сжимая зубы, пара глубоких толчков и он с хрипом упирается лбом ей в плечо.
— Аааа…. Фаааак…
Она прикусывает губу, чтоб не кричать.… Выключив воду, она вылезла из ванны и, сделав все необходимые процедуры, надела халат и вышла. В этот же момент из комнаты вышел Саша. Они замерли, смотря друг на друга. Более неловкой ситуации в ее жизни не было. Щеки предательски краснеют. Она прикусывает губу и опускает взгляд, не в силах смотреть на него. Он делает пару шагов, она поднимает глаза и видит его улыбку. Он подходит и, улыбаясь, обнимает ее. Она тихо смеется, обнимая его в ответ и чувствует, как он целует ее в макушку.
Балу.
На кухонном столе все так же стояли вчерашние недоделанные блины. Настя вдруг почувствовала жуткое смущение, словно они, блины, свидетели вчерашних страстей, сейчас смотрели на нее с укоризной.
— Интересно, коты уже натрясли туда шерсти или нет? - Она стала убирать это все, словно убрав, могла стереть следы преступления. И дело не в том, что она жалеет. Нет. Ей никогда так хорошо с мужчиной не было. Но все дело в том, кто этот мужчина. — Есть хочешь? — Спросила она Сашу, не смотря на него… — В принципе… Блины можно разогреть… - Поджала губы.