— Какая предсказуемая… — слова срываются с губ быстрее, чем мой мозг что-либо мог проанализировать.
В её глазах нет превосходства — только лютая ненависть. Вижу, что ведьма настроена решительно.
— Здравствуй, дорогая. Ну как ты поживаешь? Как здоровье? — подходит ближе и садится на другой конец дивана. Её взгляд блуждает по моим окровавленным рукам. — Кушать хочется? Да? Ой, а тут что, ничего нет? Надо же, какое упущение!
Перевожу взгляд за её спину. В коридоре возле входа в комнату стоит тот мужик, что приволок меня сюда.
— Хочется… А ты почему с охраной? Страшно? — кривлю губы в ехидной улыбке.
Я вижу, что задеваю её. Даша держится, со всех сил показывая равнодушие к моим словам.
— А ты не считаешь опрометчивым поступком так себя вести с той, которая держит тебя на прицеле? — грациозно закидывает ногу за ногу.
Дарницкая, как всегда, великолепна. Возраст вообще не берёт эту женщину. Я на её фоне выгляжу как побитая дворняга.
— Ну ты же до сих пор меня не убила… Значит, у тебя другие планы. Какие?
— Ты не поверишь, но мне насрать на тебя. Ты — ничто, грязь под моими ногтями, не более. Меня интересует только Дарницкий. Его душа, его тело, его бабки, его бизнес. И, наконец, его жизнь. А если ты станешь попутной жертвой в достижении моих целей — то так уж и быть. Хотя… Ты в любом случае сдохнешь. И твой выродок тоже. Один и второй, — смотрит на мой живот со звериным оскалом.
— Ты не доберёшься до моего сына. Не в этой жизни. Так что можешь сколько угодно здесь изрыгивать свой яд.
— Ха-ха-ха! Ты так уверена в его папашке? Думаешь, он спасёт своего выблядка? Не смеши! Пускай сейчас он и отделался от тюряги, но ты реально решила, что на этом конец?
Что? Сашу отпустили?
В памяти хаотично всплывает наш телефонный разговор, где он говорил о каких-то сдвигах по делу. Если Саша на свободе, то обязательно меня найдёт. Он не бросит меня.
— Что притихла? Придумываешь себе, что любимка тебя спасёт? Ну-ну… — Даша заходится громким хохотом.
Решаю промолчать. Открылись новые обстоятельства, и я не хочу провоцировать эту полоумную на убийство. Есть надежда, что я выберусь из бункера живой.
— Ладно. Думала свернуть тебе шею, но сейчас смотрю на тебя и понимаю, что хочу, чтобы ты подыхала долго. А я с удовольствием понаблюдаю за твоей кончиной, — встаёт и поправляет свою шёлковую юбку. — Я достану всех: твоего щенка, его крёстную, его дядюшку Максимку. Всех. Помни об этом, когда будешь отправляться в ад.
Молча смотрю ей вслед. Только когда дверь бункера закрывается, прихожу в себя. Начинаю анализировать случившийся разговор.
Она ничего мне не сделала. Это странно, потому что Даша — истероид и очень сильно подвержена своим эмоциям. Делаю вывод: я ей нужна в целости и сохранности. Для чего?
Шантаж. Только этот вариант кажется мне наиболее вероятным. Если я умру раньше времени, то она точно не получит от Саши желаемое.
Она меня видит.
Смотрю по сторонам, но вокруг — только голые ровные стены. Как Саша узнает, что я жива? Она же не покажет ему запись из бункера, ведь он сразу поймёт, где я нахожусь.
Я запуталась. Мне остаётся только ждать. Мысленно посылаю в космос свои мольбы о спасении.
— Саш, быстрее найди меня. Пока не поздно…
Глава 34
Я не знаю, что мне делать и за что хвататься...
Последний раз подобный ужас я испытывал, когда Соню похитил Миронов. Только вот его уже нет на этом свете.
Это Даша...
Сука! Сука! Сука!
Я убью эту тварь! Моя рука не дрогнет, даже несмотря на прожитые бок о бок годы.
На уши подняты все. Буквально. В этом чёртовом городе не осталось ни одного человека, который бы не знал, что произошло в частной клинике «Med+».
Я лично видел записи с камер на парковке: машина с липовыми номерами выехала с территории и поехала по каким-то закаулкам и дворам. Они скрылись очень умело. Оперативники уверяют, что действовали профессионалы.
Мои парни ищут Дашу, но пока безрезультатно. Я знаю только то, что она уже как неделю находится в городе. Где именно — неизвестно. Я уверен, что эта шкура скоро даст о себе знать. Она не убьёт Соню, не в её интересах. Есть догадки, что последует шантаж.
Дома творится полнейшая вакханалия. Сашка, словно чувствуя неладное, плачет без остановки. Плачет и Оля...
Миха в коме. Пуля прошла навылет через грудную клетку. Я понимаю, что это его работа, и у охранника всегда есть риск быть раненным или убитым. Но как же больно видеть горе беременной женщины.
Я избавил Олю ото всех дел и отпустил в больницу к мужу. Она должна быть рядом с ним. Не хочу даже представлять, что Оля сейчас переживает. Надеюсь только на то, что помнит о беременности и здоровье детей.