— Спасибо, — на последнем дыхании покидаю кабинет врача.
После душа и двух чашек крепкого кофе с бутербродом прихожу немного в себя.
Больше застать меня врасплох не получится ни у кого. Вся больница напичкана охраной. Только на одном этаже человек десять, как минимум.
Я должен найти тварь. И я найду. Она не скроется от меня даже на Северном полюсе. Это дело времени. Не сегодня так завтра Даша выдаст себя. Я подожду. Долго скрываться у этой мрази не получится.
Ещё задолго до того, как увидеть, я слышу его. Мой сын голосит на всю больницу. Я попросил охрану привезти его вместе с Олей. Пусть он наконец-то увидит маму.
Как только Саша появляется в поле моего зрения, он сразу бросает Олину руку и спешит ко мне в объятия. Его личико опухшее от слёз. Мой ребёнок буквально прорыдал неделю.
— Привет, солнышко. Тихо-тихо. Всё. Успокаивайся. Всё хорошо. Я тут. И мама тут. Пойдём к маме? — крепко обнимаю сына и несу его в палату к Соне.
Как только Саша видит мать, то сразу начинает улыбаться. Мой мальчик соскучился. Прижимаю его к себе и тихо плачу. Мои несчастные глаза совсем расклеились и не держат слёзы при себе.
Сажаю Сашу рядом с Соней на кровать.
— Не буди маму. Пусть поспит. Она устала, — пытаюсь объяснить сыну то, что пока ему понять ещё не удаётся.
Вижу, как Саша тянет свою маленькую ручку к Соне. Потом опускает на её живот свою голову. Так и остаётся недвижим на какое-то время.
— Саша...
Поднимаю глаза на Соню. Она смотрит на сына. Веки едва открыты.
— Ма! — Саша сразу приходит в восторг.
— Сынок, — Соня с трудом шевелит пальцами. Поднимает взгляд на меня. — Саш...
— Я тут, маленькая. Всё хорошо. Ты в больнице. С тобой всё в порядке. С малышом тоже, — нагибаюсь и целую Соню в сухие потрескавшиеся губы.
— Спасибо...
— За что?
— За то, что спас...
— Это ты спасла меня... Только ты...
Глава 35
— Саш, я хочу домой. Со мною всё в порядке. Зачем я здесь? Не понимаю...
Мне невыносимо находиться в больнице. Восемь дней я только и делаю, что ем и лежу в постели. В моей палате творится какой-то дурдом. Не представляю, как Саша договорился с главврачом, но проходной двор не иссякает даже ночью. Охрана заняла весь этаж. Но это не главное. Саша и сын живут со мной. Звучит абсурдно, но является чистой правдой. Возле моей кровати стоит ещё одна. По ночам Дарницкий сдвигает их вместе, сооружая двуспалку. Сын спит в привезённой кроватке.
Весь персонал просто в шоке от происходящего. Медсестры со злостью и, наверное, даже завистью смотрят на меня. Мне неприятно. Я устала от человеческой желчи и грязи. Удивительно, что Саша не видит ничего вокруг, кроме меня и сына. Я предлагала ему ехать домой и не раздражать окружающих, но это бесполезно.
«Я буду здесь, с тобой. Я хочу быть здесь. Если кому-то что-то не нравится — то это их проблемы».
Но даже несмотря на все обстоятельства, я счастлива. То, как Саша заботится обо мне и сыне, просто невероятно. Я чувствую себя любимой и нужной. Дарницкий говорит мне о своих чувствах сутками напролёт.
«Любимая... Любимая...»
Я не до конца могу поверить в то, что Саша — мой. Не покидает тревожное ощущение, что сейчас я очнусь ото сна, и всё будет по-прежнему: я и сын далеко отсюда.
Мы не затрагиваем тему нашей дальнейшей жизни. Лично я боюсь. Что думает Саша — я не знаю. Каждый день хочу спросить, что же будет дальше, но из-за страха услышать неприемлемый для меня вариант просто молчу и плыву по течению.
Я беременна. Напоминаю себе об этом раз за разом. Отсюда возникает логичный вопрос: разве я смогу вернуться в Грецию? Ответ очевиден — нет. Хочу ли я вернуться в Грецию? Тут тоже без вариантов — да. Но теперь у меня есть Саша. У моего сына есть отец. У меня в животе подрастает ещё один человек. Я сама подписалась на всё, что произошло. Тогда почему я так страстно хочу, чтобы Дарницкий поставил меня на пьедестал своей жизни и повернул свои ориентиры на сто восемьдесят градусов? Похоже, что я ужасная эгоистка и даже никогда ранее не догадывалась о такой черте своего характера.
— Мы обязательно поедем домой... Как только твой гинеколог даст на это добро. Сонь... Давай будем беречь твоё здоровье и здоровье нашей малявки. Хорошо?
— Малявки? Как думаешь, кто у нас будет? — только сейчас понимаю, что хотела бы родить дочь.
На глаза наворачиваются слёзы, так как вспоминаю о своей утраченной семье. Старший брат и я. Как же я хочу, чтобы мои дети были счастливы и никогда не узнали того горя, что настигло меня и Макса.