— Да, через двадцать минут откроется магазинчик вниз по улице от нас. Красная вывеска с синими буквами. Там всегда есть свежайшая выпечка с самого утра, — у малышки глаза на мокром месте. Понятно, перепады настроения во всей красе.
— Тогда вставай с меня быстрее, и я отправлюсь добывать твой хлеб. — самое смешное, что мы ведём беседу всё в той же позе. Я до сих пор нахожусь в Соне.
Разъединяемся, и я, даже не приняв душ, впрыгиваю в джинсы и футболку. Взгляд падает на картину, стоящую на полу возле кровати. Соня говорит, что мы на ней не счастливы. Я с ней не согласен. Я точно счастлив. По-другому быть не может. У Женьки явно есть талант в написании портретов.
— У нас нет ни одной совместной фотографии. Сегодня же мы должны это исправить. Хорошо?
— Хорошо... — Соня мечтательно провожает меня взглядом. — Поторопись, иначе я сойду с ума без своего хлеба.
Смотрю ещё раз на это солнышко и быстро выбегаю из дома. Чувствую себя идиотом от того, что не могу перестать улыбаться во весь рот.
Быстро дохожу до магазина, но он оказывается ещё закрытым. Пять минут до открытия. Я уже не первый в очереди: передо мной какая-то пожилая женщина нервно смотрит на наручные часы. У кого-то тоже не хватает терпения.
— Хей...
Оборачиваюсь на голос. Хрен с горы. То есть сосед Сони. Стоит в двух метрах от меня, засунув ладони в карманы шорт. Морда лица перекошена от злости и раздражения. Поднимаю брови в очевидном вопросе: «Чего надо, урод?»
Сосед плюёт себе под ноги, тем самым провоцируя меня на действия.
Перевожу взгляд на стоящую рядом женщину. Она тоже застыла в ожидании развития событий.
— Что-то хотел? — перехожу на английский, так как греческого не знаю даже по минимуму.
— Хотел съездить по твоей надменной роже. Какого чёрта ты припёрся в Ию?
Дверь в магазин открывается, но никто из нас троих не спешит за своим хлебом.
— В смысле «припёрся»? Я приехал к своей жене и детям.
Парень, не ожидавший такого ответа, замирает, застигнутый врасплох.
— Вы не женаты, — уже не так уверенно. Ох и сопляк.
— Пока нет. Дальше что? Какие вопросы? Быстрее, Соня ждёт свой хлеб.
— Ты можешь свалить с острова со скоростью звука. У меня есть для этого все связи. Один звонок — и полицейские проводят тебя под руки на паром.
Становится жаль этого мальчишку. Он хочет быть весомым в жизни Сони. Возможно, даже влюблён в неё.
— А у меня есть возможность послать тебя в далёкое пешее.
Женщина разочарованно вздыхает и заходит в магазин. Не сбылись её надежды на бесплатный спектакль.
— Ты не достоин Сони! Она с тобой несчастлива!
Я бы мог насторожиться и подумать, что Соня обсуждала меня с соседом, но это полная чушь. Малышка никогда не стала бы полоскать наши отношения с посторонним человеком.
— Как тебя там? Николас? Слушай, успокойся уже и живи дальше. Соня занята. Мы любим друг друга, у нас семья. На что ты надеешься?
Ответа я так и не дожидаюсь. Импульсивный мальчик бросается на меня с кулаками.
Это было легко. Понимая, что отвечать кулаком будет опрометчивым поступком, я просто даю леща этому Рэмбо. Парень отшатывается и держится за ушибленную щёку. Сейчас он понял, что силы совершенно не равны.
— Будешь вызывать полицию? — указываю пальцем на камеру видеонаблюдения под козырьком магазина. — Ты же в курсе, что первым бросился на меня?
Сосед разворачивается и пристыженно уходит дальше по улице. Нет, мне определённо его жаль. Не хотел бы я оказаться на его месте и не иметь возможности сделать Соню своей. Но так устроена жизнь: я получил своё счастье слишком поздно, пускай и этот парень ищет свою женщину, а не заглядывается на чужую.
Домой возвращаюсь с хлебом, сладкими булочками и свежевыжатым соком. В коридоре встречаюсь с Женей, идущей на кухню.
— Доброе утро, — здороваюсь первым. — Жень, можем поговорить?
Женя настораживается, но согласно кивает, и мы идём на кухню. Располагаемся за круглым столом. Боюсь неправильной реакции на мои слова, но поговорить с ней лично мне крайне необходимо.
— Жень, не пойми меня неправильно, но я надеюсь, что ты не будешь отговаривать Соню съехать в своё жильё.
Женины глаза становятся круглыми, как блюдца. Она ещё не знает о том, что я приехал навсегда. Надеюсь, что у неё не случится истерика.
— Зачем ей съезжать? Ей нужна помощь с детьми. Нам комфортно жить вместе.
Не пойму — она действительно не видит очевидных вещей или это какая-то игра?
— Жень... я приехал навсегда.
Повисает молчание. Женя в шоке, я в ожидании.
— Вот так значит? — на глазах Сонькиной подруги выступают слёзы. Чувствую себя мудаком, обидевшим котёнка.