В нашей новой жизни у нас нет ни охраны, ни водителей, ни поваров, ни горничных. Никого. Есть только мы и наш закрытый мир на четверых. Ох! Забыла про двух лабрадоров и трёх кошек. Куда же без них! Я сама готовлю для своей семьи: для меня это только в радость. Ненавижу, когда по дому шастают посторонние люди. Мне кажется порой, что мы с Сашей одичали и слишком печёмся о своей приватности. Возможно, так и есть. Но нам хорошо — а это главное.
— Ух, какая красота! Это мне? — Саша тихонько подкрадывается ко мне сзади и начинает зацеловывать мои голые плечи.
— Конечно тебе. Кому же ещё? — заканчиваю с декором праздничного торта.
— Да я не про торт! —рука Дарницкого ныряет под край сарафана и начинает хозяйничать у меня между ног.
— Ты чего? Аня дома... Прекрати... — тело сразу же начинает млеть от интенсивных ласк.
— Я хочу свой подарок. Сейчас же! — Сашина рука творит полнейший беспредел.
— Ты ещё ночью получил свой подарок. И утром... — я на грани от оргазма. Хватаюсь пальцами за край стола. — Мужчина, угомонитесь... В вашем возрасте нельзя столько много заниматься сексом... Ах, Саш, быстрее!
— Ах, в моём возрасте?! Ну я тебе сейчас устрою! — взваливает меня на плечо и уносит в нашу спальню.
Отрываемся по полной программе. В нашей комнате супер-звукоизоляция: хоть кричи, хоть пой, никто ничего не услышит даже стоя под дверью.
— У нас сегодня будут гости. — после спонтанного марафона лежим голые и довольные в постели. Я уже не хочу абсолютно ничего: ни доделывать торт, ни встречать гостей. Я — тряпочка.
— Какие гости? Ты кого-то пригласил? Стаса?
— Хотел, но он сейчас занят какими-то соревнованиями, ему не до меня. Вообще, это должен был быть сюрприз. Но ты же меня знаешь — я не умею хранить тайны.
— Ну не томи уже! Кого там принесёт? Макса с Людой, что ли?
— Ещё варианты?
— Не может быть?! Женька? А-а-а! — подлетаю с кровати и начинаю хаотично рыться в шкафу. — И ты мне только сейчас об этом говоришь? Саш! Ну ты посмотри на меня!
— А что не так-то? Ты прекрасна, и я опять тебя хочу. Иди сюда… — Дарницкий стучит ладонью по постели и призывает меня вернуться на базу.
— Я в душ! — убегаю из спальни. Мне необходимо привести себя в порядок. Не хочу позориться перед Женькой: она стала такой модницей в последние годы, что я на её фоне чувствую себя немного ущербно.
Мы не виделись больше года. А точнее — год и два месяца. Женька стала мегапопулярной художницей. Её картины разлетаются как горячие пирожки. Плюс ко всему — постоянные выставки: то Париж, то Нью-Йорк, то Лондон. Живёт подруга, как и прежде, в Ие. По её словам: «Это место её силы».
После проделанных бьюти-процедур возвращаюсь в спальню.
— Сонь… И Андрей сегодня будет. Прости… — Саша кривится, дабы показать, что всегда был на стороне Жени.
Эта новость мне совершенно не нравится, и тому виной, конечно же, является Сашин друг. Он женатый мужчина, но никак не может отстать от Женьки и жить спокойно со своей Дианой. Этот ненормальный каждые полгода приезжает к Жене и живёт с ней по месяцу в её доме. Я вообще не понимаю, как можно назвать такие отношения. Они десять лет кружатся на этой карусели и никто из них не может с неё сойти. Женька любит… А что чувствует Андрей, никто из нас не знает. Похоже, что и он сам не понимает своего поведения.
Ближе к вечеру дом наполняется запахами вкусной еды. Саша тоже любит готовить и часто мне с этим помогает. Накрываем праздничный стол на терассе и начинаем ждать гостей.
Первым гостем становится Андрей Яковлевич, так как его самолёт прилетает из Канады в Австралию на час раньше, чем Женькин.
Наблюдаю со стороны, как рад Саша встрече со своим старым другом. Он так и остался у него единственным. За годы, прожитые в Австралии, муж не обзавёлся ни одним новым. Всё больше — знакомые и приятели.
— Здравствуй, Соня. С праздником. — Андрей чувствует мой настрой и не пытается лезть с разговорами.
— Спасибо. Проходи в дом. — строю из себя приветливую хозяйку.