— Я тебя не отпущу саму! Ты чего? Хочешь, чтобы Дарницкий меня на ремни порезал? — Илья догоняет меня уже открывающей входные двери. — Давай Машка даст тебе таблетку от головы, и ты приляжешь в одной из спален. Мы всех оттуда выгоним и запретим входить!
Торможу. Ну, при таком раскладе я могу остаться.
— Хорошо.
Раздеваюсь, разуваюсь и иду следом за Машей. Она — девушка хозяина квартиры, и быстро освобождает спальню от уединившейся парочки. Падаю на кровать и прикрываю глаза. Ну что я за дура? Лучше бы дома была, в своей любимой кроватке.
— На, таблетку. Но музыку прикручивать никто не будет, уж извини. У нас, в отличие от тебя, праздник, — разворачивается и с недовольной миной уходит.
Выпиваю таблетку и ложусь обратно.
В памяти без остановки прокручивается сегодняшний день. Даже не могу определиться, что было в нём худшим: разговор между мной и Александром Михайловичем или разговор с его женой. Хотя там был монолог. Дарья Фёдоровна облила меня помоями с ног до головы. Я ничего ей не ответила. Даже после обещания Дарницкого, что меня никто не выпрет на улицу. Она — жена и хозяйка, а я — приживалка.
Я влюбилась.
Сама не верю в то, что так просто об этом думаю. Но для чего мне обманываться? Себе-то я уж могу признаться. Мои мысли никто не прочитает, и я могу быть спокойна.
Это так странно… Хорошо странно. Больно, но приятно. Трагично и феерично одновременно.
Вика всегда мне говорила, что не взаимные чувства — это галимое фуфло (дословная цитата), и лучше, когда любят тебя, а не наоборот. Ну не знаю… Мне нравится любить. Раньше моё сердце не знало таких ярких красок. Была лишь тотальная серость. Пускай я никогда не буду с Александром Михайловичем — это не важно. Но мои чувства останутся только моими. Их никто не сможет у меня забрать или украсть.
Мы не пара — это же ясно как белый день. Может, я и совсем юная, но не чокнутая фантазёрка. Он для меня недостижим, как звезда мирового масштаба для простого обывателя.
Мой вчерашний спектакль с распитием кофе перед окнами его кабинета был полной глупостью. Я просто поддалась мимолётным эмоциям. Решила проверить. Проверила… Он следил. На долю секунды я испытала неимоверную радость, но потом на меня свалилась реальность. Он взрослый и женатый мужчина. Богатый и властный. Умный и красивый. Сильный и добрый. Лучший… Какой кошмар!
Закрываю глаза руками, словно кто-то может увидеть моё блаженное выражение лица.
Слышу звук открывающейся двери. Привстаю на локтях — и вижу Димона. Он закрывает защёлку под ручкой. Зачем?
— Ну как ты? Полегчало? — движется в мою сторону. Моё тело парализует от страха.
— Нет… Мне плохо. Выйди, пожалуйста, — принимаю сидячее положение.
— Ничего такого не чувствуешь? Таблетка быстро должна была подействовать, — присаживается на другой конец кровати.
Как только он произносит эти слова, я сразу начинаю понимать, что этот урод имеет в виду. Я ощущаю… возбуждение. Благодаря моим чувствам к Дарницкому я теперь знаю, что это такое.
Таблетка.
Вот твари! Маша в сговоре с этим упырём накачала меня чем-то.
— Ну, пока голова ужасно болит. Может, через полчасика и отпустит, — демонстративно ложусь обратно. — Зайди проверить меня позже.
Димон отупело таращится на меня, потом — на дверь. Подумав, встаёт.
— Ок. Отдыхай. Позже проведаю тебя.
Он уходит.
Я, словно под разрядом тока, подскакиваю с кровати и бросаюсь к выходу. Высовываю голову в коридор — никого. Из гостиной долетают пошлые тосты. Значит, сейчас они пьют. Незаметно проскакиваю в прихожую, быстро нахожу свои вещи и выбегаю на лестничную площадку. Я не останусь здесь ни секунды. Никому не верю. Даже Илье.
Быстро вскочив в сапоги и надев куртку, выхожу из подъезда. Капец. На улице творится настоящий Армагеддон. Снег валит стеной, не видно ничего на расстоянии двадцати метров. Слышу звуки шагов по лестнице — кто-то спускается вниз. Не раздумывая, выбегаю в ночь.
— Сонь! — я сразу узнаю его голос.
За плечи меня держит Александр Михайлович. Только сейчас вижу, что мы стоим во дворе возле его машины. Что он здесь делает?
Снег падает на его ресницы, образуя на них целые сугробы. Меня неожиданно пробирает смех.
— Что… что вы здесь делаете? — начинаю заикаться.
— Быстро села в машину! — хватает меня как куклу и сгружает на переднее сиденье.
Я не сопротивляюсь — ещё чего. Я счастлива до одури. Засовываю замёрзшие ладони между ляжек, дабы хоть немного унять тремор. Сердце навылет, резко кидает в жар. Со мной что-то происходит. Чувствую жажду. Но не простую — жажду по его телу.