Когда у меня во рту пересыхает до состояния пустыни, Саша наконец-то засыпает. Я обычно нахожусь в этот момент в полуживом состоянии и падаю пластом в постель, даже не переодеваясь из домашней одежды в спальную пижаму. Ночь пролетает как одна минута, и ровно в шесть утра, как по расписанию, сын уже на ногах и громко будит свою невыспавшуюся мать.
Сегодня я выходная, и мы с Сашей выходим в люди. Сажаю эту недовольную юлу в прогулочную коляску и гуляю по городу. Просто наслаждаюсь окружающей меня красотой и дышу свежим воздухом. Как же здесь хорошо и спокойно. Невероятно. Разве в свои школьные годы я могла мечтать, что окажусь в таком чудесном месте? Мне оно даже во сне не могло бы присниться.
Неспешно гуляем, сидим в кафешках, знакомимся с другими мамами и детьми. День проходит замечательно. Домой попадаем намного раньше запланированного. И на то есть причина — моё нехорошее предчувствие. Последние два часа меня не покидало ощущение, что кто-то внимательно на меня смотрит. Я помню это липкое чувство ещё с прошлой жизни. И сегодня я опять его испытала.
В голову сразу же начинают лезть навязчивые мысли. Хватаю в руки планшет и вбиваю в поисковик запрос «Киселёв Денис Олегович».
Моему взору предстаёт множество статей. Перечитав с десяток, прихожу к выводу, что он сидит в тюрьме. Ему дали пятнадцать лет. Никакой информации о возможном побеге или амнистии я не нахожу.
Выдыхаю.
Несмотря на то, что я всецело доверяю своей интуиции, решаю не нагнетать и не забивать себе голову всякой ерундой.
Только вот когда ночь опускается на город, я опять погружаюсь в свои самые ужасные страхи. С рождением сына их стало очень и очень много. Сейчас я боюсь не за себя, а за него. Его жизнь и безопасность для меня на первом месте.
Долго не могу уснуть. Вместо того чтобы считать овечек, я как мантру повторяю одно и то же:
Всё хорошо. Мы в безопасности. Нас никто и никогда не найдёт. Никто и никогда...
Глава 23
— Приветствую вас дома, Александр Михайлович! — Влад встречает меня и Стаса у ворот.
— Спасибо, — отвечаю не так уж и радостно.
Дом... А и не скажешь.
Обвожу оценивающим взглядом территорию. Что-то не то. Такое ощущение, что здесь не живут люди: всё какое-то пустое и серое.
— Как дела на конюшне?
— Да ничё...
Я совсем забросил своих жеребцов. Каюсь. Наверное, пришло время продать их в добрые руки.
— Ладно. Я отдохну с дороги, потом переговорим о делах.
Дом встречает меня тишиной и запахом застоялого воздуха. Прохожу по комнатам, отмечая про себя некоторые изменения: на стенах не хватает многих картин, пропали вазы и другие составляющие элементы интерьера. Или Даша забрала их с собой, или же просто разбила и выкинула.
Поднимаюсь на второй этаж. Вхожу в нашу бывшую спальню. Беспредел. Куча скомканных и порезанных вещей разбросана по всему периметру. Понятно, что тут никто не убирался после того, как хозяйка со скандалом покинула свои утраченные владения.
Ложусь на кровать, не раздеваясь. Просто смотрю в потолок.
Пустота. Вот что я сейчас чувствую. Она везде — вокруг меня и внутри тоже. Мне всё равно на происходящие в мире события. Жизнь — отстой. Конечно, со мной многие могут поспорить: всё-таки я не голодаю и не живу на улице. Но вот только деньги не могут заполнить жизнь настоящим счастьем. Теперь я это знаю на собственном опыте.
Я выжат как лимон. Слишком много негатива было сожрано за последние два года: бесконечные суды и скандалы, проблемы со здоровьем и очередная операция с последующей реабилитацией в Германии. С неё я как раз-таки сегодня и вернулся.
Что дальше? А хрен его знает. Наверное, буду двигаться по накатанной. Ну а что ещё мне остаётся? Работа не даст мне сойти с ума.
С Дашей я распрощался окончательно только полгода назад. Сколько же моей крови она выпила... Не хочу даже вспоминать, что когда-то нас что-то связывало. Как бы она ни хотела обобрать меня до нитки — у неё ничего не получилось. Моя выдержка победила, и ей пришлось сдаться. Даше банально надоело судиться и жить без денег. Она отхватила свои миллионы и свалила из моей жизни. Надеюсь, что раз и навсегда. Не хотелось бы в будущем как-либо с ней контактировать.