— Что беременна узнала уже в Греции. В Афинах. Мы переехали в Ию только полгода назад. — Соня тихонько начинает свой рассказ. — Беременность проходила нормально. Поначалу был ужасный токсикоз и слабость, но вскоре всё прошло. Саша родился в срок. Рожала я тяжело, потому что он был большим мальчиком. Ну ты и сам видишь, какой он рослый. — Соня поднимает свой нежный взгляд с сына на меня. — Он ужасно противный, — начинает смеяться. — Правда. Очень активный и непоседливый. Любит кричать и командовать. А уложить его спать — просто из разряда фантастики.
— И как же ты справляешься? — мой вопрос намного глубже, и Соня это понимает.
— Я и не справляюсь. Женя наш ангел-хранитель. Она Сашина крёстная. Вторая мама. Без её поддержки я бы… Прости. — стирает выступившие слёзы.
Я понимаю, к чему Соня ведёт. Саша мог не родиться.
Смотрю на сына. О, нет. Он не мог не появиться на этот свет. Сильный и пробивной, он хотел быть частью этого мира. Даже выпитая его матерью таблетка не смогла поменять его планы. В то же время разбирает злость на Соню. Глупая девчонка. К тому же оказывается ещё и гордая. Решила, что справится сама, без моей поддержки. Сколько ещё она хотела зависеть от Жени? Пока Саша не вырастет? Но ведь у Жени есть и своя жизнь.
— Где ты работаешь? — хочу спросить, кто подарил ей цветы, но не представляю, как это сделать.
— В гостинице администратором.
— И всё время, пока ты работаешь, сын сидит с Женей? Сонь… Это же ненормально, — готовлюсь к шипению в свой адрес.
— Я прекрасно это понимаю, — на удивление Соня не спорит. — Женя нанимала няню, но Саша не хочет контактировать ни с кем, кроме нас.
— Я не хочу тебя пугать, но как раньше уже не будет. — приходится добавить в голос стали. Иначе боюсь, Соня не воспримет мои слова всерьёз.
— О чём ты? — малышка сразу приходит в боевую готовность.
— О том, что… Сонь, ты хочешь работать или это вынужденная мера? Не хочешь сидеть на шее у Жени? — уверен, что прав. Если бы не чувство вины перед Женей, она растила бы сына и сидела дома.
Соня не спешит отвечать. Смотрит по сторонам, но только не мне в глаза.
— Я прав, — не спрашиваю. Утверждаю. — Теперь ты не будешь в этом нуждаться.
Соня подскакивает на ноги и выбегает из комнаты. Ей нужно смириться с фактом того, что как прежде не будет. Теперь в их жизнях есть я. И я никуда не денусь.
Мне и самому ещё предстоит привыкнуть к новой реальности. В идеале я заберу Соню с сыном домой. Да и не в идеале тоже. Пришла моя очередь решать, что и как будет. Соня просто обязана меня послушать и пойти навстречу. Я могу дать своей семье всё. Ей не нужно будет разлучаться с годовалым сыном и бегать на работу. Она никогда ни в чём не будет нуждаться.
— Мама! Мама! — Саша начинает нервничать и искать пропавшую Соню.
— Сейчас мама придёт. Не злись.
Но сын расходится в такой истерике, что я прихожу в замешательство. Я полный ноль в воспитании детей и не представляю, как успокаивать ребёнка, чтобы ещё больше не вывести его из себя.
— А-а-а! — Саша кричит громко и с надрывом.
В гостиную заходит Женя и берёт Сашу на руки. Этот маленький актёр сразу успокаивается.
— Ну чего ты? Уже успел показать папе характер?
— Где Соня? — я начинаю волноваться, что мог её обидеть.
— В своей комнате. Поговорите спокойно. Я побуду с Сашей. Второй этаж. Первая дверь слева.
— Спасибо, — поднимаюсь на ноги и иду на поиски Сони.
Очень интересный дом. Непривычный интерьер. На стенах множество красочных картин. Стучу и, не дожидаясь ответа, вхожу в Сонину спальню. Нахожу её сидящей на кровати и смотрящей в окно.
— Сонь… — подхожу и сажусь рядом. — Я не сделаю тебе плохо. Ты и сын для меня теперь первостепенны.
— А раньше? Почему я не была для тебя первостепенна? Только благодаря сыну ты готов терпеть меня? Не нужно мне делать одолжение! — Соне плохо и больно. Я обидел её.
— Это не так… Ты не права. Ты всегда была для меня… важна. — что я несу?
— Мгм. Важна. Спасибо, — зло вытирает слёзы. — Если бы я была тебе важна, то не оказалась бы с Женей в Греции. Ладно. Уже не важно.
Фух… Я, бляха, в полной растерянности. Что, мне сейчас оправдываться? Какой в этом смысл? Я в глазах Сони не оправдаюсь, наверное, никогда. Переспал с ней без защиты, сказал выпить таблетку и разорвал отношения. Мда… Но и она виновата в молчании и нежелании сообщать о рождении сына. Разве её обида стоила того, чтобы лишить меня моих прав на ребёнка?
Накатывает какая-то безнадёга. Неужели мы не найдём пути к пониманию друг друга?