— О Боже! Как так? — слышу, что у Сони что-то со звоном падает на пол.
— Не волнуйся, всё будет хорошо. Я попросил Андрея перевести на твоё имя некую сумму денег. Сонь… Звоню сказать, чтобы ты не подумала, что я откупаюсь. Я никогда от вас не откажусь. Слышишь? Просто мои счета арестованы, и я не знаю, на сколько это всё растянется. Найди хорошую няню, пожалуйста. Ты устаёшь, и тебе необходима помощь. Хорошо?
В телефоне гробовая тишина. Отнимаю мобильный от уха, чтобы посмотреть, идёт ли вообще звонок. Идёт.
— Сонь, ты тут?
— Тут… — она плачет. Моё сердце сразу же разрывает на части.
— Не плач.
— Не могу…
— Сонь… Я… — поднимаю взгляд на Ярослава Викторовича. Он не может выйти, но с пониманием затыкает пальцами уши.
— Что, Саш?
— Я… люблю тебя, Сонь. Очень сильно, — выдыхаю с таким облегчением, словно не дышал полной грудью сто лет.
Я не жду от Сони ответа. Для меня было важным сказать о своих чувствах.
— Почему ты говоришь мне это сейчас? И почему по телефону, а не в глаза?
Хорошее замечание. И не поспоришь.
— Вот такой я, Сонь, придурок. Но лучше поздно, чем никогда.
— У тебя что-то ужасное случилось?
— Ты думаешь, что я сказал тебе о любви только под угрозой тюрьмы? Сонь, это не так. Я должен был признаться тебе ещё два года назад, когда ты у меня спрашивала. Не смог. Прости меня за это.
— Ты хуже, чем придурок. Ты всё испортил.
Я не понимаю, о чём Соня думает и чего хочет. Нам нужно встретиться и в спокойной обстановке поговорить обо всём. Только вот есть одна проблема: я не знаю, на сколько затянется следствие.
— Сонь? Ты же моя? Я понимаю, что не имею права спрашивать. Просто… скажи как есть.
— Хм… — вздыхает. — Твоя.
Моя.
Почему-то в памяти всплывает коронная фраза моего покойного деда: «Теперь и помирать не страшно».
Не то чтобы я собирался… Просто догадываться и знать — это разные вещи. Я не буду спрашивать у Сони, любит ли она меня. Пусть она скажет мне это при личной встрече.
— Я позвоню тебе, как только будет возможность. Поцелуй от меня Сашку.
— Хорошо. Буду ждать.
Нажимаю «отбой».
— Простите, Александр Михайлович. Не из праздного любопытства: у вас есть женщина?
— Да, — отвечаю без запинки.
— Понятно. Она не в стране?
— Нет, а что?
— Думаю, что никто не должен знать о её существовании. Особенно Дарья Фёдоровна. Непонятно, что в голове у этой женщины.
Здесь я полностью согласен с Ярославом Викторовичем.
— Она не приедет. Хоть в этом я могу быть спокоен, — уверенно отвечаю адвокату.
И всё-таки я ни черта не знаю Соню. На следующей же неделе она мне это доказывает.
Глава 29
Двадцать один.
По цифрам так мало, но по содержанию — нечеловечески много. Слишком много для одной несчастной женщины. И, похоже, что это далеко не конец.
Сегодня мой день рождения. Только вместо праздника и подарков я ступаю ватными ногами на «проклятую землю». Назвать это место домом у меня язык не поворачивается.
На плече висит рюкзак. Одной рукой качу чемодан, другой — коляску с Сашкой. Я не смогла оставить его с Женей. И не поехать тоже не могла. Тупик. Пришлось брать сына с собой. Безрассудно, я знаю. Но мой сын — это моя зона ответственности, и вешать его постоянно на Женьку просто верх наглости. Она отговаривала меня от поездки, приводила кучу весомых аргументов, и в результате мы даже немного поскандалили. Но переубедить меня не смог бы никто.
Легче было отпроситься с работы, чем у подруги. Честно говоря, я была уверена, что меня уволят. Ведь, по сути, мне неизвестно, сколько времени я буду отсутствовать. Но хозяйка гостиницы отпустила меня без раздумий. Есть у меня такие подозрения, что всему виной моя осведомлённость о наличии у неё молодого любовника. Наверное, она опасается, что об этом узнает её муж. Я бы ни за что не выдала её секрет, но она этого никогда не узнает. Всё-таки хорошо иметь козырь в рукаве.
Всю прошлую неделю я обдумывала свои действия. Да, я не бросилась тут же к Саше, не побежала паковать сумки и покупать билеты на самолёт. Наверное, если бы не сын, то так бы и поступила. Но теперь я не могу позволить себе сиюминутных порывов. Понимание того, что изменить что-либо не в моих силах, остудило мою горячую голову.
И всё-таки я здесь.
Выйдя из здания аэропорта, я понимаю, что идти мне некуда. Только номер отеля может стать моим временным домом. Беру такси и отправляюсь на поиски подходящего. Мне нужно ближайшее к СИЗО. Почему нужно? Сама не знаю. Словно так я буду рядом с Сашей.
Таксист привозит меня к ничем не примечательному зданию с красивой вывеской «Victoria». Расплачиваюсь и покидаю такси, обвешанная как верблюд. Сашка недовольно бурчит и крутится. Он устал, да и я тоже. Снимаю номер и в обнимку с сыном падаю в постель. Через полчаса мы уже спим.