— Рано или поздно Тоббарис найдёт меня и заберёт. — зло выплюнула я ему. — Он ищейка, лучший из лучших.
— Не найдёт. — спокойно усмехнулся драконище, как будто для него это ничего не значит. — На моём замке стоит сильнейшая защита, способная оградить его от любой магии из вне. Никто, никогда не сможет найти тебя здесь, ни с помощью заклинаний, ни по запаху, ни как. Смирись Ольга. — коротко и ёмко разрушил он последнюю мою надежду и вышел, громко хлопнув дверью, не забыв закрыть её на ключ.
Глава 16
Больше конструктивного разговора у нас не получалось, да я и не особо-то и пыталась, если быть до конца откровенной. Каждый раз, когда он являлся в мою персональную тюрьму, я моментально скатывалась в истерику, билась, кричала, покрывала его благим матом, рвала и метала. Иногда доходило до того, что я ползала перед ним на коленях и умоляла его меня отпустить, но всё было бестолку. Всё что я от него слышала — Это то, что он меня любит и я его обязательно полюблю. А если быть точнее, что я его уже люблю, но боюсь сама себе в этом признаться. А потом просто уходил, оставив меня один на один с моей истерикой. Так прошло ещё три дня. Но всё изменилось в один момент. Слезами и руганью делу не поможешь, найти меня здесь никто не сможет, из местных обитателей тоже никто не поможет, банально, потому что он сюда никого и не пускает, даже прислугу, всё делает сам. Остаётся только одно — умереть. Нет вы не подумайте, помирать на самом деле я не собиралась, я просто решила добиться своего, посредством шантажа. Я ведь его истинная и если я умру, то умрёт и он. Вот и понадеялась, что он захочет жить не меньше моего и согласится на мои условия.
— Оля по чему ты снова ничего ни съела? — строго спросил он меня, в очередной раз увидев, что я даже не притронулась к еде.
Да пошёл ты на х..! — Мысленно послала я его, в пешее эротическое путешествие, по бескрайним полям его родины, но сорваться с языка этой мысли я не позволила, ибо я объявила не только голодовку, но и бойкот. Я второй день сидела, сжавшись в своём любимом углу и ни на что не реагировала. Мысленно посылая на его голову, все кары небесные и не только.
— Чего ты пытаешься этим добиться?! — Дин присел передо мной на корточки, пытаясь заглянуть мне в глаза, но я от него отвернулась. — Ведёшь себя как ребёнок! Всё чего ты этим сможешь добиться — это голодная смерть.
— Хм. Не поверишь, но именно этого я и пытаюсь добиться. Если умрут Тоббарис и Алан, то и мне незачем жить. Я умру и тебя заберу с собой! — зло выплюнула я, смотря ему прямо в глаза. — Ты ведь тоже не сможешь жить без меня. — дракон дёрнулся от этих слов как от пощёчины.
Он встал, отходя на пару шагов, смотря на меня в ужасе, как на сумасшедшую. Представляю, какая картина предстала перед его глазами. На полу, забившись в угол, в одной ночной сорочке сидела худая, лохматая, с опухшими, красными глазами, губы искусаны в кровь, костяшки на руках сбиты, а в глазах злое безумие. Я старательно подбирала себе образ. Хотелось бы ещё, рассмеяться как настоящий злодей, но увы зловещий смех это прям не моё.
— Видят боги, я этого не хотел. — обречённо покачав головой сказал Дин. — Но ты вынудила меня.
Он на мгновение закрыл глаза, а потом открыв их, снова поймал мой взгляд и тут я почувствовала в своей голове, тот самый пресловутый шелест, как тогда, когда Девид воздействовал на меня ментально. О нет! НЕТ, НЕТ, НЕТ!!! Этого я не учла. Он же менталист. Меня моментально начала затапливать паника. В какой-то момент во мне как будто тумблер какой-то переключили и мой разум отделился от тела, я оказалась заперта в собственном теле, трепыхалась в нём словно птичка, не в силах вырваться.
— Сейчас ты приведёшь себя в порядок и нормально поешь. — приказал…, именно приказал, этот драконище, абсолютно спокойным тоном. А моё тело против моей воли, покорно поднялось и пошло в ванную.
Я всё осознавала, всё чувствовала, но противиться не могла. Чувствовала, себя как собачка на поводке, куда сказали, туда и иду. Моё тело, повинуясь чужой воле, наскоро помылось, переоделось и явило себя пред светлые очи своего хозяина, в лице одного наглого, беспринципного, подлого дракона. Он, глядя на меня удовлетворённо хмыкнул, подошёл, протягивая руку к моим ещё мокрым волосам и при помощи магии высушил их, потом усадил меня перед зеркалом и стал меня расчёсывать. Дин довольно споро и бережно управился с моей гривой, заплетя мне какую-то замысловатую косу, опустил свои руки на мои плечи. От его прикосновений, всё моё естество содрогалось и рвалось обратно в облюбованный угол, а в идеале, вообще куда подальше из этого места, но я даже дёрнуться не могла, не могла сказать и слова или хоть как-то выразить свои эмоции. Смотрела на себя в отражении и не видела там живого человека, ничего не выражающее лицо, без единой эмоции и безжизненный, отсутствующий взгляд. От меня осталась лишь оболочка.