— Я не хотел так с тобой поступать, но ты не оставила мне выбора. Это лишь, временная мера. Совсем скоро, ты смиришься и это всё будет ни к чему. — глядя в пустые глаза моего отражения, как будто утешал меня Дин, легко поглаживая по плечам с грустной улыбкой. — А теперь тебе нужно позавтракать.
Он усадил меня за накрытый стол, причём блюда уже стояли свежие и начал меня кормить буквально с ложечки, а моё тело безропотно, не выражая ни малейшего протеста, проглатывало, всё что ему предложат, не чувствуя вкуса пищи.
После завтрака дракон потащил меня на прогулку. Первый раз за всё время, меня выпустили из комнаты. Теперь то я безвольная марионетка точно не взбрыкну, не выкину чего-то, что ему не понравится. Протащил меня по замку, вдохновенно рассказывая мне его историю и историю своих предков, чьи портреты встречались нам на пути, о том какое прекрасное будущее нас ждёт. В конце он приволок меня в чудесный сад. Сад был действительно прекрасен и в других обстоятельствах я бы насладилась его красотой, но сейчас я была ко всему этому безучастна, всей душой я рвалась на волю, к своим оборотню и демону. Именно сейчас я познала, что такое настоящее отчаянье. Я поняла, что я совершенно бессильна, хоть как-то повлиять на ситуацию и помочь мне не сможет никто и ничто.
И так продолжалось несколько дней. Дин нянькался со мной с самого утра, кормил, заплетал, заботился, выгуливал как собачёнку. Мы облетели всё его графство, он показал мне его любимые и действительно красивые места, побывали в городе, где дракон покупал мне дорогущие подарки, которые мне нафиг не были нужны. Там же на глазах у кучи горожан, на главной площади, под всеобщие овации и поздравления, он одел мне на палец помолвочное кольцо. И что я заметила, народ его действительно любит и уважает. Все встреченные нами существа искренне радовались за своего графа, что он встретил свою истинную, от всей души поздравляем нас.
Дин был заботлив, внимателен, обходителен, ласков, не переходил рамок дозволенного, он позволял себе лишь нежные объятья и вполне целомудренные, редкие поцелуи. Не забывал каждый раз увещевать о том, как он меня любит и как мы с ним будем счастливы. Но всё это меркло, на фоне того, что я была по его милости, под ментальным воздействием, а где-то там медленно и мучительно умирали мои любимые и моя душа вместе с ними.
Всё это время я оставалась безэмоциональной, безвольной куклой и лишь в редкие моменты, оставляя меня одну в запертой комнате, он снимал с меня свой поводок. И вот тогда я могла дать волю своим чувствам и эмоциям, которые с каждым разом становились всё тише и меньше, я эмоционально выгорала. Больше у меня не было ни сил, ни желания бороться, я была опустошена. Видимо именно это дракон принял, за то пресловутое смирение.
— Завтра мы пройдём с тобой брачный обряд, любимая. — нежно целуя меня в висок, сказал дракон то, чего я боялась больше всего и в то же время ждала, ведь это было неизбежно. — Мне кажется ты готова, да и ни к чему больше тянуть.
Сказав это, он ушёл, оставив меня одну переваривать и переживать эту новость. Я не билась в истерике, не рыдала, а просто забилась в свой излюбленный угол и тихо плакала, упиваясь своей болью, прощаясь со своей свободой, со своим счастьем, с надеждой на счастливое будущее. А утром как обычно проснулась на кровати, в объятьях ненавистного дракона.
— Сегодня, наконец-то ты окончательно станешь моей. — с предвкушением прошептал он, мне на ушко, заметив, что я проснулась, стискивая меня ещё крепче. — Не передать словами, как я счастлив, Ольга. — поцеловал меня в плечо, а я затрепыхалась, в порыве, выбраться из его цепких рук, пока ещё была свободна от ментальных оков.
— Ты поработил моё тело, но не покорил мою душу. — зло выплюнула я ему — Я никогда не буду принадлежать тебе полностью!
— Сейчас в тебе говорит гордость. Но со временем, это пройдёт, ты полюбишь меня, ведь мы родственные души. — спокойно парировал он, уверенный в своей правоте, в своих словах.
До самого вечера я была предоставлена сама себе, своим пиздостраданиям и жалению себя бедненькой. Сам дракон весь день был занят подготовкой к обряду. А вечером он заявился, собственноручно подготовить как следует и меня.