— Я в порядке, — отозвался он тут же, расправляя плечи.
Однако, как мы оба ни хорохорились, подобный подъем истощал куда сильнее обычной прогулки, и мы это понимали. О том, чтобы бежать, как в прошлый раз, не могло быть и речи, и я серьезно опасался, что откажи сейчас заклятие, и возобновить его я буду не в состоянии, да и Гарри, судя по всему, тоже, как бы он там это ни провернул в прошлый раз. Однако на сей раз нам повезло, и чары держались. Кое-как мы доплелись до площадки, и, сняв заклятие, оба рухнули на небольшой участок ровного пола. Свет стремительно угасал, и я понял, что уже с трудом могу различать цвета, да и вообще, вижу только силуэты. На сей раз для того чтобы прийти в себя, нам потребовалось гораздо больше времени, чем раньше, однако наконец Поттер застонал, и поднялся.
— Ты куда собрался? — спросил я. Гарри, пошатываясь, оперся о стену, и стал, к моему удивлению, расстегивать застежки мантии. — Поттер, ты что делаешь?
— У тебя есть идеи получше? — огрызнулся он, скидывая верхнюю одежду, и приближаясь ко мне. Я не знал, смеяться мне, или паниковать.
— Мерлин Великий, да объяснишь ты, наконец, что с тобой происходит, Поттер!?
— Не кипятись, Малфой, — спокойно отозвался Гарри. — Тут, если ты не заметил, совсем не жарко, а ночью вообще будет холод собачий. Ты тут без мантии задубеешь к чертовой матери. Да и мне несладко придется. Так что давай, придвигайся поближе. — Он уселся рядом со мной, укрываясь мантией, и приподнял ее полу, словно приглашая меня разделить с ним тепло. Я несколько секунд обалдело таращился на него, пока Поттер не потерял терпение. — Ох, да ради всего святого, Малфой! Потом будешь изображать непорочную деву!
Я вспыхнул, надеясь, что в сгущающейся тьме он этого не разглядит, и, придвинувшись к нему, забрался под мантию рядом с Гарри. Некоторое время мы просто сидели рядом, плечом к плечу, отдыхая и согреваясь. Поттер оказался прав — вдвоем под одной мантией было ощутимо теплее, однако неудержимо потянуло в сон. Понимая, что лучше не спать, я решил, что раз уж мы все равно застряли тут на какое-то время, надо потрясти Поттера по поводу несообразностей с его магией.
В другое время я начал бы издалека, но сейчас не было ни сил, ни желания. Да и по правде говоря, где-то в подсознании я хорошо понимал, что в случае с Поттером максимально прямой и открытый стиль общения будет самым верным. Ну, правда, прямиком в лоб все равно не получилось, но тут уж ничего не попишешь.
— Ладно, Поттер, раз уж ты такой благородный, будь добреньким, удовлетвори мое любопытство, — сказал я, роясь по карманам. Если память мне не изменяет, где-то у меня завалялось кое-что весьма полезное…
— Что именно тебя интересует? — спросил Поттер, откинув голову на стену, и прикрыв глаза.
— Эй, не спать! — возмутился я, пихнув его в бок. — Сон это слишком большая роскошь для нас сейчас. Проснуться можно в желудке кваррока. Так что постарайся бодрствовать. — Эврика, мои поиски наконец увенчались успехом, и я вытащил половинку миндально-шоколадного батончика, который начал было жевать, пока делал домашнюю работу перед дуэлью, но аппетита не было, и я сунул недоеденную шоколадку в карман. — Энгоргио, — прошептал я, ткнув в нее волшебной палочкой, так что половинка увеличилась раз в шесть-семь. Я разломил шоколадку-великана пополам, и без всякой задней мысли протянул половинку товарищу по несчастью. — Будешь?
— Что? — зеленые даже в угасающем свете глаза уставились на меня в изумлении. — Малфой, ты хочешь разделить со мной… еду?
— А что тебя удивляет? — спросил я, чуть ли не силой впихивая начинающий подтаивать батончик в его руку. Гарри захлопал глазами, но взял, и, откусив, стал жевать.
— Шпашибо, — пробормотал он, и я, усмехнувшись, откусил от своей половинки. Надо же, когда Уизли болтает с набитым ртом, это выглядит отвратительно, а когда то же самое делает Поттер — даже мило… Наверное, все дело в том, что Поттер, несмотря ни на что, вызывает у меня симпатию, а Уизли я не могу перестать если не ненавидеть, то хотя бы презирать, невзирая на все причины перестать.
Когда с едой было покончено, мы снова напоили друг друга водой из палочек, приставляя их прямо ко рту. Кажется, здесь, на высоте, магия была стабильнее, чем внизу — заклятия работали лучше, и их легче было регулировать. Потом мы по очереди вылезли из-под мантии и справили нужду прямиком вниз (надеясь, что не попадем при этом на проснувшегося кваррока, которому это, скорее всего, не понравится). Ну и наконец уселись снова рядом, под поттеровской мантией, прижавшись друг к другу, и изо всех сил стараясь не заснуть. Возобновлять прерванный разговор Поттер не спешил, и я решил взять быка за рога.