— Да что ты знаешь, Малфой! — почти выплюнул он. — Прочь с дороги!
— А ты заставь меня! — рявкнул я, выхватывая палочку. Ладно, не хочешь по-хорошему, пусть будет по-плохому…
— Экспеллиармус! — мда-а-а-а, все-таки Поттер не зря лучший по Защите, и ДАЛЕКО не зря вел этот дурацкий кружок на пятом курсе. Моя палочка улетела куда-то в угол. Я поморщился — черт, придется обратиться к Родовой Магии… Признаться, пользоваться своим преимуществом не хотелось, но особенного выбора не было. — Ступефай! — выкрикнул Гарри, и я едва успел отразить его заклятие. Без палочки бой вести было тяжеловато, тем более, что Поттер принялся за меня, кажется всерьез. О кидал в меня заклятие за заклятием, от простых до сложных невербальных, которым нас научила Тёрнер в прошлом году. Однако большая часть их просто безвредно скатывалась по моей вейловской защите, а какую-то часть мне удавалось отразить. Ну ладно, друг ситный, как хочешь! Сейчас я тебе покажу полноценного мага из рода Малфоев в действии!
Я потянулся к дремлющей внутри меня силе, и позволил ей наполнить себя. Магия растеклась по жилам, будоража кровь не хуже огневиски, и я почувствовал, как от нее приятно покалывает подушечки пальцев. Я поднял руку. Каждое движение казалось легким и естественным, словно дыхание — я в точности знал, что мне нужно делать, чтобы остановить этого обезумевшего мальчишку, и не дать ему совершить ту жуткую глупость, что он задумал. Потянувшись к его сознанию, я позволил своей магии коснуться его через нашу связь, и сродниться, соединиться с его собственной. Гарри был «ведомым», и не мог контролировать ее сам — ни с кем другим такой фокус бы не прошел, но с ним, благодаря связи…
Пальцы Гарри разжались, и палочка со стуком упала на пол. Одно движение моего пальца — и она улетела в угол, куда-то рядом с моей. Поттер задохнулся от негодования. Не дав ему заговорить, я выкрикнул «Инкарцеро», а затем левитационные чары, чтобы он не ушибся при падении. Тонкие веревки опутали тело Гарри, словно спеленав юношу, и я даже отстраненно подумал, что перестарался, так много их оказалось. Поттер извивался в своих путах, однако веревки были надежными. Закрепив их для верности, я поднял его повыше, и наложил постоянное поддерживающее заклятие. Ну вот, теперь время у нас есть. Подойдя к стене я отыскал сначала свою палочку, потом его, и сунул обе в карман мантии.
— Пусти меня! — потребовал Гарри, прекратив бесплодные попытки освободиться.
— Мммм…. нет, — отозвался я, не глядя на него, и подбирая укатившийся в сторону котел, замороженное зелье в котором уже начало подтаивать. Поставив котел ровно, я подошел к упавшей книге — виновнице всех бед, и подобрал ее. Гарри за моей спиной снова начал извиваться в своих путах, но я не собирался ему в этом препятствовать — пусть двигается, хоть тело меньше затечет. Та-ак, а мне нужно хорошенько во всем разобраться.
— Малфой, скотина, отпусти меня! — крикнул Поттер, осознав, что вывернуться из моих веревок у него не получится. — Черт, да как же ты не понимаешь, я ДОЛЖЕН идти!
— Ну конечно, Гарри, — мягко, но без тени сочувствия отозвался я. — Непременно пойдешь… Вот только сначала я ознакомлюсь с данным талмудом, и посмотрю, что ты там насочинял, и можно ли тебя отпускать…
— Гад! Я думал, ты друг мне! — крикнул он. Я вздохнул, заклинанием опорожнил его котел, трансфигурировал его в стул и уселся, открывая книгу. — Слизеринский ублюдок!
— Мои родители женаты, уверяю тебя, — хмыкнул я. — И попридержи язык, Гарри. От души тебе советую.
— Да у тебя нет души! — продолжал возмущаться Поттер. — И сердца тоже нет! Да как ты можешь так! — и он снова заизвивался, выкрикивая что-то уже и вовсе непечатное. Усилием воли заставив себя не обращать внимания на его ругань, я сосредоточился на книге. Можно, конечно, и Силенцио наложить, но Гарри необходима разрядка, хотя бы словесная. Так что, хочешь не хочешь, придется терпеть.
Где-то через полчаса я опустил книгу, и задумался. Гарри все еще извивался в своих путах, которые время от времени сами собой подтягивались, и то и дело снова принимался ругаться — он отнюдь и не думал успокаиваться. Я же всерьез порадовался тому, что удержал Поттера от его безумного порыва. Книга действительно утверждала, что за Лондонской аркой находится некий лабиринт, затерянный в пространстве и времени. Каждый вошедший туда оказывался там независимо от других — в своем собственном измерении, и только родная кровь была тем, что позволило бы найти друг друга в его глубинах. Как и сказал Гарри, внутренняя магия лабиринта могла подчинить себе неподготовленное сознание. Но защититься от этого было довольно просто с помощью зелья. Но вот вопрос — какого зелья? Книге было без малого пять сотен лет. То, что казалось простым и естественным тогда, могло оказаться теперь устаревшим, и даже забытым. Я о-очень сильно сомневался, что простенькое зелье из школьного учебника годилось для этой цели. Единственное, что не вызывало сомнений — это приведенное в книге заклятие направления, и то, это была довольно необычная и редкая его форма… Ну, по крайней мере, прочитав книгу, я смог правильно сформулировать возражения и определить себе план действий. Захлопнув ее, я поднялся и потянулся, разминая затекшие мышцы. Гарри снова забился в путах, глядя на меня почти с ненавистью. Я опустил его пониже, и выровнял так, чтобы он принял вертикальное положение. Он пыхтел от злости, но при этом еще и как-то странно вздрагивал, а глаза его подозрительно блестели — Салазар-основатель, да он ведь готов заплакать! Ну, в принципе, слезы — это тоже один из вариантов, потому что его эйфория и порывы сродни истерике. Я подошел поближе и встал перед ним. Гарри стиснул зубы и уставился куда-то в стену, поверх моего плеча.