— Блейз, девочка моя! — воскликнула она, крепко обнимая меня, и я с удивлением чуть ли не впервые в жизни услышала в ее голосе неподдельную теплоту. — Я рада, что ты приехала, милая, — ласково сказала мать, отстраняясь от меня. Лицо ее оставалось грустным, а голос, несмотря на теплоту, — печальным.
— Я не могла не приехать, — отозвалась я, чувствуя, как снова наворачиваются на глаза слезы. — Ты права, Диего мне не чужой. То есть… Был. Мерлин, не могу поверить!
— Никто не может, милая, — вздохнула мать. Велев Тони отнести мои вещи в приготовленную для меня комнату, она жестом пригласила меня пройтись с ней, и мы медленно направились в сторону галереи второго этажа, беседуя по пути.
— Как дон Родриго? — спросила я.
— Ужасно, как еще? — вздохнула она. — Потерять сына — это трагедия, перенести которую очень нелегко. Конечно, мне хочется верить, что Родриго справится, что он сильный и сможет пережить… Но пока прошло слишком мало времени, чтобы что-то говорить. Хорошо хотя бы то, что он не схватился за бутылку, чтобы утопить свои горести, и не опустил руки.
— А что он сейчас делает? — поинтересовалась я.
— Он у Чертова Камня, вместе с агентами УОМП. Они хотят использовать его силу, как хозяина поместья, надеются, что может, так удастся выяснить что-нибудь. Вчерашние стандартные тесты мало что дали. Единственное, есть еще надежда на лошадь, но анимист прибудет только послезавтра.
— Кто? — не поняла я.
— О, да, у вас, в Британии, это не особенно распространено, — кивнула матушка. — Анимист — это маг, привыкший работать с животными, который понимает их способ мышления. Ну и к тому же, владеет ментальной магией. Они надеются, что он сможет проникнуть в мозг Тени и увидеть то, что произошло с Диего, глазами лошади.
— Разве такое возможно? — с сомнением спросила я. Мать пожала плечами.
— Не знаю, милая. Это новая отрасль в науке, и специалистов крайне мало, но в таком положении хватаются и за соломинку. Хотя не представляю, что будет с Родриго, если выяснится, что Диего действительно убили. Да он не просто убьет этого преступника, он его уничтожит, так что и следа не останется… Он и так вне себя от горя. Да что я тебе рассказываю, ты-то понимаешь, как тяжело терять родного человека…
— Что ты имеешь в виду? — переспросила я. Мать удивленно посмотрела на меня.
— Люциус, — отозвалась она. — Я слышала о его смерти, даже посылала Нарциссе письмо с соболезнованиями. Кто бы мог подумать… Люциус Малфой, самый аристократичный мужчина из всех, кого я только знала — и вдруг был убит при попытке бегства из тюрьмы… Это ужасно.
— Ах, вот ты о чем, — смущенно пробормотала я. Я и забыла об официальной версии событий, успокоенная визитом Люциуса в Хогвартс, и редкими письмами Нарциссы, где та тонкими намеками сообщала, что с ними обоими все в полном порядке. Однако матери об этом знать совсем необязательно, в конце концов, чем меньше народу посвящено в тайну Малфоев, тем в большей безопасности они будут. — Извини, у меня просто мысли путаются. От перемены климата, наверное, — мягким, смущенным тоном заметила я, и мать тут же понимающе кивнула, и сочувственно погладила меня по плечу.
— Да, конечно, конечно, милая, — согласилась она. — Бедная моя девочка, столько на тебя свалилось. Может быть, тебе лучше отдохнуть с дороги? — предложила она. Я кивнула. — Ну идем, я провожу тебя в твою комнату, — сказала мать. По дороге разговор наш вернулся снова к Малфоям. — Так как Драко? Как он перенес известие о смерти отца? Мне казалось, он был к нему очень привязан?
— Не то слово, — отозвалась я, не без содрогания вспоминая срыв Малфоя-младшего. — В первый момент он даже сорвался в магическую истерику. Правда, хвала Мерлину, его вовремя удалось остановить. Ну а теперь… Он держится. Кстати, он передавал свои соболезнования.
— О. Мило с его стороны, ведь он и сам пережил жестокую потерю… Бедный мальчик… В таком возрасте получить на свои плечи такое бремя… — вздохнула мать. Я кивнула, не особенно кипя желанием продолжать этот разговор. Но тут, к счастью, мы подошли к дверям моей комнаты. Пожилая полненькая горничная Лаура, которая еще летом приняла меня под свое крылышко, хлопотала в комнате, уже развесив в шкаф мои вещи, и теперь раскладывая на туалетном столике мою щетку для волос и тот минимум косметики, что я захватила с собой. Поприветствовав меня, и всхлипнув пару раз по печальному поводу моего приезда, она подхватила снятый с кресла чехол для мебели, и поспешно убежала. Пожелав мне отдохнуть и освежиться, мать предупредила, что обед будет в два, и последовала за ней.