— А может быть, мы с Гермионой просто попробуем поговорить с ним сами? — предложила Джинни. — Ну, то есть, не обо всем, конечно, — я не думаю, что мы сможем так уж сразу убедить его в вашей с Блейз невиновности, — но по крайней мере, мы можем попытаться уговорить его выслушать тебя под Веритасом.
— Мне тоже ничего другого в голову не приходит, — согласился я, внутренне содрогаясь при мысли о том, что собираюсь снова добровольно подставиться под Веритас. Все-таки ощущение не из приятных, что и говорить… Тут как ни убеждай самого себя всеми силами, что это необходимо, и что без этого не обойтись, все равно в сердце заползал стылый ужас при мысли о впивающихся в него железных крючьях заклятия.
— Ну хорошо, давайте, может быть, прямо сейчас и попробуем? — не очень уверенно предложила Гермиона. Мой желудок протестующе сжался, однако я напомнил себе, что побочным эффектом заклятия Веритас будет тошнота. Не думаю, что если меня стошнит после заклятия, это будет выглядеть привлекательно. Вздохнув, я призвал с подоконника стакан, наполнил его водой при помощи заклятия, и залпом осушил, чтобы хоть немного заглушить ощущение голода. На мгновение тошнота все-таки подступила к горлу, но я сделал несколько глубоких вдохов, и сумел взять собственное тело под контроль.
— Идем, — кивнул я. Однако Грейнджер покачала головой.
— Не думаю, — сказала она. — Тебе лучше остаться и подождать нас здесь. Лучшего места все равно не придумаешь, здесь нам не нужно будет беспокоиться, что кто-нибудь помешает вашему… Ну в смысле, этому… испытанию, под чарами. Хотя мне это не нравится, — добавила она. — Все-таки Веритас — черномагическое заклятие, и… Нет ничего хорошего в использовании Черной Магии.
— Иногда выхода не остается, — возразил я. — Ладно, раз уж ты так настаиваешь, я подожду вас здесь.
Призвав на помощь свою обычную малфоевскую наглость, я пинком отодвинул от стола один из стульев и с невозмутимым видом уселся, закинув ногу на ногу. Джинни фыркнула, и, выходя из Чертога следом за Гермионой, обернулась, и послала мне воздушный поцелуй. Я довольно хмыкнул, и подмигнул ей в ответ.
На самом деле, настроение у меня было совсем не такое уж боевое, как я пытался показать. Не то, чтобы меня так уж пугала перспектива заклятия Веритас — пережил один раз, переживу и второй, не так уж это, в конце концов, ужасно. Просто сам план казался до смешного наивным. А если Гарри мне не поверит? Если не захочет со мной разговаривать? Что мне делать, если он заподозрит подвох? Конечно, средств защититься от действия Черной Магии маловато — возможно, если очень постараться, и можно найти какие-нибудь артефакты и жутко сложные зелья, которые могут помочь, но… У меня просто элементарно не было времени на поиски, а уж тем более на приготовление подходящего зелья. Не может же он всерьез подозревать меня в том, что у меня они есть! И тем не менее, особенно судя по вчерашнему разговору, Поттер настроен подозревать меня в любой мыслимой подлости…
Конечно, все эти размышления были не более, чем обычным неврозом, и я прекрасно это понимал, однако сосредоточиться на чем-то другом не получалось. Разве что… Разве что поддаться воспоминаниям о ночи с Джин… Хотя даже это чревато опасностью. Не хотелось бы встречать пришедшего для серьезного разговора Гарри с мечтательной улыбкой на лице.
От мыслей меня отвлекло покалывание, возникшее возле правого бедра, и я, чертыхнувшись от неожиданности, вытряхнул из кармана кожаный чехольчик с волшебным зеркальцем, откуда слабо пробивалось серебристо-белое свечение. Хм, странно, рановато для Блейз — у них в ассиенде сейчас еще и восьми нет. Я вытащил светящийся квадратик из чехла и бросил взгляд на сияющую поверхность. Легкая вспышка — и вот уже на меня смотрит серьезное, слегка печальное лицо сестренки. Странно, но Блейз была уже полностью одета — во все черное, несмотря на царившую там, по ее словам, жару. Подтянутая и серьезная, она смотрела на меня с какой-то непонятной отстраненностью, словно и она сама и ее внутренний мир изменились до неузнаваемости за те несколько дней, что мы с ней почти не виделись — не считать же «встречами» короткие переговоры через волшебные зеркала.
— Привет, — сказал я. — Что случилось? Ты сегодня рано…
— Не спится, — коротко ответила она. — Как твои дела?
— Дело сдвинулось с мертвой точки, — улыбнулся я. — Не буду говорить раньше времени, но… Есть определенные успехи. Не переживай, сестренка, я дам тебе знать, когда будут какие-нибудь… эээ… более ощутимые результаты. А как твои дела? Что нового?