Тэсс и Милли, за семь лет успевшие в достаточной степени изучить Серебряного Принца Слизерина, чтобы понимать, что в таком состоянии от него надо держаться подальше, и вообще — по возможности, сидеть тише воды ниже травы, — благоразумно уселись подальше, на другом конце стола. Но я решила, что трусить — недостойно девушки Гриффиндорского Золотого Мальчика (пусть Гарри и ненавидел всяческие свои прозвища, но вот конкретно это мне нравилось — ведь я вкладывала в слова совсем не такой смысл как остальные!), поэтому, одарив названного братца сладкой улыбкой, я бесцеремонно приблизилась, и, нахально чмокнув Дрея в щечку, уселась рядом.
— Доброе утро, — жизнерадостно прощебетала я. Несмотря на то, что сама выспалась просто отвратительно, от его вида я почему-то приободрилась и с трудом сдерживалась, чтобы не захихикать.
— Доброе? — недоверчиво отозвался Драко. — Докажи.
— Ну… Все живы — это разве не хорошо? — пожала плечами я.
— Угу, — проворчал он. — Только если в понятие «все» не включать Волдеморта.
— Ну да, — хихикнула я, не удержавшись. — Хотя он-то тут при чем?
— Он всегда при чем, — тряхнул головой Малфой. Последний раз согласно хмыкнув, я подтянула к себе чашку, постучав по ней палочкой, чтобы налить кофе.
— Так, шутки в сторону, Дрей, где Гарри? — спросила я, обшарив взглядом гриффиндорский стол и обнаружив, что Поттера за ним не наблюдается.
— Выслушивает выговор от любимой деканши, — фыркнул Драко. — Подозреваю, что мне потом тоже от Северуса достанется, но пока мне везло. Возвращались мы через ее камин.
— Ума не приложу, как вас вообще угораздило? — выпалила я. — Ну скажи, на кой черт вы полезли в эту дурацкую комнату, чего вам не хватало?
— Ты не понимаешь, — покачал головой Дрей. — Иначе было нельзя.
— Так объясни! Чего я не понимаю, почему вы что-то скрываете от меня?
— Блейз, поверь мне, тебе лучше не лезть в эту тайну, — настойчиво повторил брат, вперив в меня серьезный, без тени злости и раздражения взгляд. — Меньше знаешь — крепче спишь.
— Чушь! Зная только намеки, можно вовсе лишиться сна! — фыркнула я. Драко в ответ одарил меня настороженным, и вместе с тем понимающим взглядом.
— Хм… Зная тебя… Ладно. Давай так. Я не могу рассказать тебе всего — я дал слово молчать, но по крайней мере что-то объяснить могу попытаться. Есть несколько… скажем так, условий, которые нужно выполнить, прежде чем станет возможным хоть какое-то противостояние с Волдемортом. Не спрашивай меня о деталях, этого я сказать не могу. Скажем, все обусловлено пророчеством, связанным с Гарри. Если все получится, — он помедлил, словно собираясь с мыслями, облизнул губы и продолжил — Если все получится, если удастся выполнить все, что требуется, тогда… Тогда может появиться шанс. Понимаешь?
— Не очень, — призналась я, заинтригованная еще больше. Драко тяжело вздохнул, по-видимому, он уже сам был не рад, что взялся мне что-то объяснять.
— Извини. Я не могу рассказать подробней. Давай просто остановимся на том, что прежде чем вступать в открытое противостояние с Темным Лордом, Гарри должен кое-что сделать. Точнее, целый ряд кое-чего. И сделать это — жизненно необходимо.
— На это указывает пророчество? — уточнила я. Малфой снова глубоко вздохнул.
— Ну, в общем да, — сказал он. Я поморщилась. Драко явно лукавил, но поймать его на лжи я не могла — у меня было слишком мало информации.
— И именно этим вы вчера занимались? — уточнила я, решив до поры не заострять на этом внимания.
— Ага, — кивнул Дрей, снова принимаясь ковырять вилкой в тарелке с остывшим, а потому совершенно отвратительным на вид, запах и вкус омлетом.
— Что-то я не понимаю, — заупрямилась я. — Если то, что вы делали, было таким нужным и важным — почему учителя на вас взъелись? Ну, хорошо, допустим, простые учителя вполне могли, они не обязательно посвящены во все это. Но почему рассердились Дамблдор, и МакГонагалл, и Снейп? Директор вами был вчера, прямо скажу, не слишком доволен — он говорил, что ваш поступок — это безрассудство, и совершенно неоправданный риск. Если это было так необходимо, то уж хотя бы он должен это знать?
— Это действительно необходимо, просто… — Драко пожал плечами, и наконец с отвращением отодвинул от себя тарелку, так и не съев ни кусочка. — Директор рассержен не из-за того, ЧТО мы сделали, а из-за того, КАК, понимаешь? Нам следовало первым делом сообщить ему о своих намерениях, постараться выяснить как можно больше о предстоящем деле, максимально себя обезопасить, а не лезть напролом, как идиотам.