— Жалкий ход, — прокомментировал Волдеморт. — В самом деле, жалкий, Драко. Ты не можешь не понимать, что в моем распоряжении не единственный зельевар на всю округу.
— Ну уж прости — я несколько ограничен в возможностях, — отозвался я саркастическим тоном. — Но ты же не ожидал, что я буду покорно сидеть тут и ждать воплощения твоих извращенных фантазий?
— Извращенных? Ну почему же. Мое желание вернуть себе нормальное тело вполне естественно. Более того, ты должен гордиться тем, что я выбрал именно тебя и твою семью для своего следующего воплощения…
— Тоже мне, повод для гордости — заиметь наследником чокнутого выродка с мозгами набекрень!
Мою щеку ожгла пощечина — да, пожалуй, я перегнул палку. В обычных обстоятельствах я бы уже корчился на полу под Круцио — но Лорду я был нужен невредимым и функционирующим, а болевой шок вряд ли пошел бы мне на пользу. Тем более, я слабо переносил боль — это всем Пожирателям известно…
— На правду не обижаются, — выдал я, выпрямляясь, и нацепив на лицо самую отвратительно-высокомерную из своих улыбок. Второй удар пришелся по другой щеке, и был сильнее — я едва устоял на ногах.
— Вы оба сейчас пойдете со мной, — спокойно сказал Волдеморт так, словно ничего не случилось. — Ритуал состоится на закате, а благодаря твоей выходке, Драко, времени у нас меньше, чем планировалось. Вас обоих необходимо подготовить. Я думал начать с зелий, но раз уж наш мэтр не в состоянии озаботиться этим, придется повременить…
— Стоп, как это — ритуал на закате? — опешив, слегка растерялся я. — Он говорил, что ритуал состоится в полночь? — я кивком указал на Лавуазье.
— Тебе следует больше доверять девушке, которую любишь, — хмыкнул Лорд, что в сочетании с его жуткой внешностью выглядело почти невероятным. — Ритуал будет на закате, ибо в этот момент Тьма одерживает верх над Светом. Мэтр намеренно, по моему приказу ввел тебя в заблуждение… Так что, боюсь, силы спасения несколько запоздают. — На тонких губах змеилась злорадная усмешка, и я невольно сглотнул, понимая, что тут он прав. Нас снова обошли на повороте и загнали в ловушку…
Оставалось только молиться и надеяться, что план Гарри не очень-то полагался на сведения о том, когда именно начнется ритуал — Ну или на то, что они вообще не рассчитывали дождаться его начала. Ну и еще — на то, что ограниченный во времени Лорд вызовет Снейпа, а не решит поискать еще какого-нибудь Мастера Зельеварения. Взгляд Джинни, устремленный на меня, полнился отчаянием — а я чуть ли не впервые не знал, что сказать и сделать, чтобы хоть как-то утешить ее. Все, что я мог — это обнять ее за плечи, безмолвно обещая свою поддержку — хоть она и стоила в этот момент немного. Джин накрыла мою ладонь своей, и мы молча последовали за Лордом прочь из комнаты.
Глава 26
Ритуальная ночь
Pov Блейз Забини
Время в отсутствие Гарри для меня не стояло на месте. Вечером в воскресенье, после того, как Поттер, попрощавшись со мной в Большом Зале, побежал в кабинет МакГонагалл, я задержалась на ужине чуть ли не до самого конца, и встала из-за стола только тогда, когда все помещение почти опустело и свечи, парящие в воздухе, начали понемногу гаснуть. Не сказать, что для такого поведения была действительно весомая причина: несмотря на то, что я просидела за столом почти весь ужин, я почти ничего не ела, да это и неудивительно. От принятого зелья меня немного мутило, и даже смотреть на еду было противно, хотя такая реакция была вполне стандартной. Противозачаточное зелье не давало завершиться процессу формирования зародыша, и, следовательно, предотвращало беременностью Кажется, подобные штуки есть даже и у маглов, только они не так безопасны для организма, как это зелье. Вздохнув, я отодвинула чашку, которую уже полвечера бездумно катала в ладонях, и с неожиданной злостью отпихнула от себя скамью, так, словно та была передо мной чем-то виновата. Обиженный взвизг дерева по каменному полу несколько отрезвил меня. В самом деле, злиться было не на кого и не на что. Конечно, с одной стороны мысль о том, чтобы родить Гарри ребенка была романтичной и привлекательной. Но с другой стороны, перспектива стать матерью в восемнадцать лет несколько… напрягала. Особенно, учитывая тот факт, что «стать матерью» в моем случае вполне могло значить «стать матерью-одиночкой», а если еще принять во внимание личность отца ребенка… перспектива рисовалась далеко не радужная. Романтика романтикой, но во мне достаточно было исконно слизеринской рассудочности, чтобы понимать нежелательность такого поворота событий. Я провела ладонью по волосам, и, еще раз вздохнув, зашагала прочь, шикнув по дороге на парочку замешкавшихся гриффиндорских третьекурсников, все еще сидевших с самого края своего стола.