Мне стало жарко. Я почти задыхался от гнева и негодования. Да как она могла! Провести меня как ребенка! И — что самое важное! — где она сейчас? Надо быстро найти ее и отправить назад, в Хогвартс! Поговорить можно и потом — о, уж будьте уверены, мисс Забини, я вам все выскажу, что думаю об этой вашей выходке! Но пока что, сейчас, основное — это отыскать ее и вытащить из этого гадюшника!
Не разбирая дороги, я ринулся по проходу назад, напрочь забыв и о чаше, и о Пожирателях, и даже о самом Волдеморте. Найти Блейз и вытащить ее отсюда — эта задача вытеснила все остальные, мне казалось, что я просто на части разорвусь от волнения, если не отыщу ее в самое ближайшее время!
Из очередного бокового коридора мне в лицо буквально хлынули клубы острого, едкого дыма, заставив закашляться. Я замахал руками, стараясь разогнать его, но это не помогало, и я закрыл лицо рукавом. Впрочем, это тоже помогло плохо. Дым щипал глаза, забивал горло, наполнял легкие — я, задыхаясь, начал судорожно стаскивать с себя мантию-невидимку и припоминать пресловутые чары Головного Пузыря. Наложив их и отдышавшись, я еще раз без особого успеха помахал рукой перед глазами, надеясь разглядеть хоть что-нибудь. За поворотом этого самого коридора, откуда валил дым, — уходящего вниз, под уклон, — метались, причудливо изгибаясь, яркие языки пламени. Вот только пожара тут еще не хватало! Хотя, если разобраться, тут и гореть-то нечему… — отстраненно подумал я. В груди снова кольнуло, и, забыв о пламени, я отвернулся от пылающего ответвления подземелья и ринулся вперед, чтобы отыскать свою строптивую девчонку.
Однако за очередным поворотом коридора я снова увидел пламя, на сей раз, — ближе и явственнее, чем раньше. Огонь, казалось, буквально полз по полу, оплавляя устилавший его песок. Он пламенными завитками плелся по камням — казалось, что горит сам воздух. Огонь прыгал по стенам от факела к факелу, охватывая их целиком — и собственно горючую часть, и деревянную рукоятку, — и язычки пламени казались диковинными созданиями из переливающегося бешеного огня. Ящеры, драконы, химеры, змеи… Однажды я уже видел такое пламя — в тот вечер, когда, вернувшись из Хогсмида, мы с Драко наблюдали, как Снейп «зачищал» здание Обсерватории. Я снова похолодел, несмотря на нестерпимый жар, исходящий от пожарища, когда вспомнил, что рассказывал об нем Малфой. «Адово Пламя» или «Дьявольский Огонь». Неостановимое, в пределах одного здания, уничтожающее все, что попадется на его пути! Я попятился, припоминая, были ли еще повороты у тех коридоров, которыми я проходил. Кажется, да, но надо поторопиться… С тем, с какой скоростью огонь движется по пустому каменному коридору (ну, пустому, не считая факелов на стенах, а еще — меня), промедление вполне может стоить мне сейчас жизни.
Наверное, если бы не чары Головного Пузыря, я бы действительно погиб — попросту задохнулся в густом дыму, с удивительной быстротой заволакивающему подземелья. Вдвойне было удивительным его количество, особенно если вспомнить, что и гореть-то здесь могли разве что факелы. Все новые и новые коридоры оказывались перекрыты огнем — однако, на мое счастье, он поднимался снизу, из глубин подземелий, а я не успел еще заплутать настолько сильно, чтобы быть не в состоянии выбраться, не спустившись предварительно ниже.
Первое, что меня поразило, когда я вывалился из подземелья, окруженный клубами дыма — царившая в доме тишина. Казалось, во всем особняке не осталось ни единой живой души. Взбежав по лестнице на второй этаж, где, в то время как я спустился в подвал, кипели самые ожесточенные схватки, я убедился, что и здесь никого нет. Сердце стальным обручем сжала тревога — за Сириуса, за Рона и остальных Уизли, за Люпина и Тонкс, да и даже за Дамблдора! Но больше всего — за Блейз. Я уже готов был закрыть глаза на ее выходку, лишь бы найти ее живой и невредимой! Ну, по крайней мере, так мне в тот момент казалось…
Осмотрев второй и часть третьего этажа, я убедился, что здание осталось практически пустым. Если и были еще тут люди внутри, то они находились в другой его части. Интересно, куда все-таки все подевались? Ответ на вопрос я получил, выглянув в окно, выходящее на задний двор — противоположный тому, где мы приземлились по прибытии. С этой стороны особняка посадки были совсем уж какими-то жиденькими и ограничивались парой живых изгородей возле заднего крыльца. Дальше тянулся поросший давно некошеной травой луг (Мерлин, я и не думал, что у нас в Англии еще оставались такие места!), пологим откосом спускающийся вниз, к поблескивающей в последних лучах солнца водной глади обширного пруда — ну, или, может быть, маленького озера. Тут и там мелькали вспышки заклятий и метались темные фигуры. В сгустившихся сумерках отличить Пожирателей от членов Ордена издали было уже практически невозможно.