— Драко, не стой. Поторопись, — подтолкнул меня в проход Северус. Я кивнул, часто моргая от едкого дыма, и поспешил следом за крестным и Джинни. Каменный пол неприятно холодил голые ступни, однако возвращаться в «ванную» за одеждой и обувью у меня желания не было.
— Крестный, а мы точно выберемся этой дорогой? — поинтересовался я. — Не в обиду, но проход, по которому мы пришли, выглядел немного не так. Там хоть факелы горели…
— Если тебе мало огня, можешь подождать, скоро его тут будет достаточно, — раздраженно фыркнул Снейп. — А что до дороги — да тут целый лабиринт в подземелье. Найдемся, не переживай.
— Мне б твою уверенность, — пробурчал я, отнюдь не воодушевленный перспективой бродить по подземному лабиринту, быстро наполняющемуся дымом и смертоносным пламенем.
Впрочем, мои страхи оказались напрасными. Через пару-троку поворотов выбранный нами, казалось бы, наугад проход привел нас в уже знакомый, освещенный факелами коридор. Здесь были уже явственно слышны звуки битвы, а кое-где виднелись и ее следы. Из боковых проходов то и дело слышались крики и шум. Под предводительством Снейпа мы почти бегом преодолели подземелье, почти взбежали по узкой каменной лестнице, и…
И оказались практически в гуще битвы. По крайней мере, мне в тот момент так показалось. Это уж потом я осознал, что на самом деле бОльшая часть сражающихся в тот момент уже покинули особняк, следуя за Лордом, которого на улицу выманил Дамблдор. Можно было только поражаться тому, откуда этот старый манипулятор все знает? Что это — невероятно развитая интуиция, или нечто иное?
Дальнейшее запомнилось мне урывками. Это не было похоже на те схватки с Пожирателями, в которых мне приходилось участвовать. Впервые я был почти беззащитен и очень уязвим. Нет, вообще-то, моя вейловская защита осталась при мне, но что это значило в гуще битвы! Она могла лишь смягчить последствия атакующих чар — но чем больше, тем сильнее защита слабела. Родовая Защита, порожденная Боевой Магии, оказалась ненамного эффективнее. Сам же я ни защититься, ни напасть был не в состоянии, зелье Покорности надежно сковывало мою магию — хотя теперь, когда за ним больше не стояла мощь Чаши, сопротивляться стало возможно.
Едва поставив в известность о происходящем группу членов ордена под предводительством Сириуса Блэка, Северу забрал Джинни и аппарировал. Я остался, хотя и сам не понимал, что конкретно могу сделать — без палочки, лишенный возможности воспользоваться своей Родовой Силой… Это уже потом я понял, что как раз в тот момент начали проявляться во всей красе побочные эффекты от зелий, которыми меня накачивали последние дни, особенно от смеси зелья Покорности и афродизиака. Основной эффект последнего выветрился, осталось кое-что другое. Эйфория, деловитость, и вместе с тем — головокружение и почти полная невозможность удержать в памяти хоть что-то важное… Состояние было сродни опьянению — и все же не совсем. На меня накатило какое-то «паническое оживление», казалось, у меня вдруг появилась туча дел, которую необходимо было переделать, прежде чем выбраться отсюда — и вместе с тем, позднее, оглядываясь назад, я понимал, что фактически не сделал почти ничего. В одно мгновение я торопился кого-то найти и что-то сделать — а в следующее мысли перескакивали на другое, и я убей не помнил, в чем же была моя предыдущая цель? Я только путался у всех под ногами и глупо, бесполезно подставлялся — уж не знаю, какие силы мне благодарить, что уберегли меня. В конце концов все закончилось тем, что я наткнулся на отца. Люциус, казалось, понял мое состояние с первого взгляда — уж не знаю, что ему помогло, может, лихорадочные движения или нездоровый блеск в глазах. А может, он и не ждал ничего другого, зная, что со мной происходило все это время. Словом, ему оказалось достаточно просто внимательно посмотреть на меня — после чего отец молча шагнул ко мне, сгреб в охапку, и, все так же не говоря ни слова, аппарировал в Хогсмид, крепко прижимая меня к себе.