И тут самообладание мне изменило. Я резко остановилась, изо всех сил сжимая кулаки и глубоко дыша, чтобы успокоиться — хоть и тщетно, надо признать. Моя решимость отложить все объяснения и выяснение отношений на потом стремительно таяла. Я чувствовала, что просто не справлюсь, если на мне будет лежать гнет этих недомолвок и отчужденности Гарри.
Поттер по инерции прошел несколько шагов, прежде чем понял, что я за ним не следую, и только потом остановился и обернулся.
— Что с тобой? — спросил он.
— Я больше так не могу, — глухо проговорила я, борясь одновременно с гневом и желанием разреветься как дитя. — Почему ты так себя ведешь? В чем ты обвиняешь меня? В том, что не дала тебе погибнуть?!
— Что? — его глаза сузились. — Ты, и правда, не понимаешь? Я ведь просил тебя остаться в замке! Я раз десять объяснил, почему не хочу, чтобы ты участвовала в битве! Но для тебя мои слова и все мои причины оказались просто пустым звуком! И как я должен теперь реагировать!? Получается, тебе плевать и на мои просьбы, и на мои чувства?!
— Почему бы и нет, тебе же плевать на мои! — в запале выкрикнула я в ответ. Гарри потрясенно отшатнулся.
— Что! Мне плевать на твои чувства? Да как ты можешь…
— Именно что могу! О да, ты десять раз озвучивал свои причины — и все они сводились к тому, как плохо будет ТЕБЕ, если меня схватят или убьют! Ты только и талдычил о том, что ТЫ этого не переживешь, что ТЫ сойдешь с ума, ТЫ станешь хуже Волдеморта! А ты хоть раз побеспокоился о том, как буду себя чувствовать Я, если схватят или убьют ТЕБЯ?! Ты не подумал, что у меня тоже есть право сражаться за то, что мне дорого, и защищать того, кого я люблю!? Или о том, что я раз двести просила взять меня с собой! Хоть одна просьба возымела эффект? Ни малейшего!
— Я… Но… — Гарри казался обескураженным, словно вмиг потерял почву под ногами, и отчаянно цеплялся за остатки своего праведного гнева. — Я думал о СЕБЕ? Да мне плевать, что бы со мной было — я просто пытался сделать так, чтобы ты осталась жива! И невредима! Да, я говорил, что мне будет плохо, но думал не о том, чтобы облегчить свою участь! Я просто хотел, чтобы ТЫ не пострадала! Если бы с тобой что-то случилось, я бы или умер, или сошел с ума — но это не причина защищать тебя, это всего лишь следствие! Я… Я, конечно, не умею говорить так, чтобы одним словом все объяснить, но…
Я закрыла глаза, однако безнадежно сдавала позиции в борьбе со слезами. По щеке побежала соленая капля, я всхлипнула и, открыв глаза, шагнула к нему вплотную.
— Гарри, ну неужели ты не понимаешь, что я чувствовала все то же самое? Что мне неважно, что со мной будет, если что-то случится с тобой! Ну… Ну поставь себя на мое место, в конце концов! Неужели ты отпустил бы меня в битву одну, как бы я ни просила тебя остаться?
— Но это совсем другое! — возразил Гарри, но он уже не казался таким разгневанным и оскорблено-недоступным, как раньше. Он судорожно сглотнул и прикусил губу на мгновение. — Ты же… Ты же девушка, в конце концов! Это Я должен защищать тебя!
— А мне казалось, ты не подвержен штампам, — вздохнула я. — Ты не сможешь охранять меня вечно, Гарри. А это… эта война не кончится, пока ты не победишь Волдеморта. Ведь только ты можешь это сделать. А пока он жив — битвы не кончатся. И что ты будешь делать, когда настанет та, в которой будут вынуждены участвовать все, и не останется безопасного угла, где ты мог бы спрятать меня!? Да вот хотя бы сейчас, если он нападет на школу — участвовать должны будут все, кто хоть как-то держит палочку!
— Да, но… Это другое дело, — покачал головой парень. — Когда битва вынужденная — это одно, а допустить тебя в сражение по собственной воле — это совсем другое! Я…Ну как ты не понимаешь, я не могу подвергать тебя опасности!
Я вздохнула, и осторожно коснулась его груди раскрытой ладонью, склонив голову и почти коснувшись лбом его плеча. Мерлин, как же это трудно!
— Я понимаю тебя, — медленно проговорила я. — Но… Дело ведь сейчас не только в нас самих. Кто может чувствовать себя в безопасности, когда всему Волшебному Миру — да и не только Волшебному! — угрожает этот красноглазый психопат? Но… Если ты… — Я сглотнула. Каждое слово давалось с огромным трудом, и решиться на это было невероятно трудно и больно — но другого выхода не было. — Гарри, если ты хочешь девушку, которая будет тихо отсиживаться в углу, пока ты рискуешь головой… которая будет ждать тебя и только гадать, повезет ли тебе выжить в очередной раз и справишься ли ты со своей задачей — то… То это — не я.