И все же, опасения опасениями, но надо было думать не только об отдаленном будущем. Здесь и сейчас никому и в голову не могло прийти отвергнуть помощь отряда авроров. К тому же в отсутствие Дамблдора мало кто реально мог противостоять Скримджеру. Не то, чтобы Снейп или отец стушевались бы перед ним, но кто они такие чтобы возражать самому министру? Крестный — Пожиратель, которому никто кроме Дамблдора не доверяет до конца, а Люциус, остававшийся неузнанным под Чарами Кажущейся Смерти, вообще считался всего лишь «чьим-то там родственником», да к тому же иностранцем. МакГонагалл, конечно, все понимала не хуже нашего, но ее положение было щекотливым. Директора она, в лучшем случае, замещала, и не обладала ни его авторитетом, ни влиянием, ни хваткой. И потом, поди-ка хотя бы придумай причину, по которой можно отвергнуть столь существенное подкрепление, да еще и в тот момент, когда оно действительно нужно?
Так что на самом деле вопроса о том, чтобы не впустить боевой отряд Министра в школу, даже и не возникло. После того, как вчера вечером члены Ордена перебрались из Хогсмида в Хогвартс, камины для перемещения оттуда были закрыты, так что через них можно было лишь переговариваться. Однако это тоже не стало проблемой. За Скримджером был послан запряженный фестралом экипаж, аврорам пришлось прогуляться пешком, но они не особенно возражали. Большинство из них даже в замок не вошли, оставшись патрулировать снаружи и прикрывать наиболее значимые дыры в нашей обороне. В здание проследовал сам Скримджер, а с ним — чуть меньше десятка сопровождающих, включая Тонкс и Кингсли. Вид у этих двоих был какой-то усталый и потерянный, однако это никого не удивило. В отличие от нас, им-то вряд ли удалось поспать в прошедшие сутки, да и иметь дело со Скримджером, который раньше был их непосредственным начальством, а потому всю подноготную знал от и до — дело непростое.
Кажется, с прибытием этого «подкрепления», напряжение, царившее в рядах защитников школы, только возросло. Если до сих пор часовые еще храбрились, кое-кто пытался перешучиваться и как-то разрядить обстановку, то с появлением министра притихли, кажется, даже неугомонные близнецы Уизли. А еще меня тревожило поведение Гарри. Не то, чтобы тот и сам отдавал себе отчет в том, что с ним что-то не так, но я то и дело замечал, что, забывшись, он постоянно неосознанно хмурится, и, — что куда хуже, — время от времени потирает кончиками пальцев шрам на лбу. По-настоящему больно ему не было, это я бы тоже почувствовал. Однако дела явно ухудшались, даже по сравнению с тем, как все было еще после нашего пробуждения.
Через некоторое время организовали ужин — все там же, в Большом зале, отодвинув от стены один из столов и накрыв на нем что-то вроде «шведского стола». В самом деле, если не считать зелий, то лично у меня крошки во рту не было со вчерашнего дня, да и у Гарри, как оказалось, тоже. Ночью было не до еды, а позднее так хотелось спать, что все прочие потребности отступили. Поев, мы отправились проведать Джинни и Гермиону в Больничном крыле, а заодно узнать, как дела у Дамблдора. Блейз, естественно, увязалась за нами, а следом за ней — и Рон Уизли. Подумав, я счел, что настал удачный момент исполнить то, о чем говорил давеча с Поттером.
— «Гарри, ты не мог бы захватить Рона и отправиться вперед без нас?» — спросил я мысленно. Поттер недоуменно покосился на меня.
— «А что случилось?» — осведомился он. Я легонько покачал головой.
— «Хочу попробовать поговорить с Блейз. Как думаешь, каковы мои шансы схлопотать по физиономии?» — пошутил я. Гарри хмыкнул.
— «Пожалуй, надо сразу сообщить мадам Помфри, что надо запастись льдом», — отозвался он. — «А если серьезно, Дрей, если у тебя получится — я твой должник по гроб жизни!»
— «Ценное обещание, учитывая твое положение», — полушутя отбрил я, и тут же спохватился, что ляпнул что-то не то. — «Ой, черт, Гарри, прости! Я не имел в виду… Я… Я просто…»
— «Ляпнул не подумав», — констатировал гриффиндорец, фыркнув в ответ. — «Похоже, это заразно. Ладно, не дрейфь, Дрей!» — и хихикнул уже в голос. — «Если б я начинал биться в истерике каждый раз, когда кто-то упоминает, что Волдеморт может меня убить, я бы уже был постоянным пациентом Мунго, в отделении для буйных».
— «А с чего ты взял, что тебе там не место?» — я выгнул бровь, и мы обменялись веселыми ухмылками.