Позволив гриффиндорцам немного уйти вперед, я удержал сестру за руку и немного поотстал.
— Драко, что-то не так? — спросила Блейз, встревожено глядя вслед Гарри и Рону.
— Я хочу с тобой поговорить, — напрямик сказал я. Сестренка окончательно обернулась ко мне.
— Ладно, — она пожала плечами. — А это так срочно, что надо говорить именно посреди коридора?
— Почти, — отозвался я, увлекая ее к ближайшему широкому подоконнику. Устроившись бок о бок, я некоторое время искоса изучал ее внимательным взглядом. Наконец Блейз занервничала.
— Ну что, наконец? — спросила она.
— Блейз… — вздохнул я. — Что ты творишь?
— Прошу прощения? — не поняла она.
— Ой, вот только дурочку из себя не строй! — неожиданно разозлился я. — Голову приложи к делу, если еще можешь! Хотя, учитывая твои выходки, я начинаю в этом сомневаться!
— Ах, вот ты о чем, — холодно кивнула девушка, явно задетая. — И ты туда же. Заруби себе на носу, Драко Томас Люциус, я совершеннолетняя, я уже принимала участие в битвах, и я имею такое же право сражаться, как любой из вас! Я хочу, могу и буду защищать то, что мне дорого, и никто их вас меня не остановит!
— Под «тем, что тебе дорого», полагаю, подразумевается Гарри? — осведомился я, ничуть не впечатленный этой пламенной речью.
— Да! Я уже доказала, что могу защищать его, и…
— И почему бы тебе не начать с себя, в таком случае? — предложил я, внутренне слегка поморщившись от пафоса этого заявления. Блейз озадачено вытаращилась на меня.
— Прошу прощения? — снова переспросила она.
— Я имею в виду — защити его от себя самой! Неужели ты не понимаешь, что подставляешь его? — спросил я. — И не только его, кстати, но это уже детали. Пойми ты, Гарри в схватке понадобится вся его сила, все, что он только может! Умение, храбрость, внимание, — да все! А ты, сестренка дорогая, — его слабое место. Ты можешь доказывать ему свои права сколько угодно, но даже если он с тобой согласится, ты не запретишь ему за тебя беспокоиться! Все дело именно в этом, как же ты не видишь? Да он и сам себе не сможет запретить волноваться — это выше любого самоконтроля! И подумай о его реакции! Удар по тебе — и Поттер уже ни на что не способен. Что, думаешь, не так?
— Я… Но я могу! Я могу за себя постоять! Я уже это доказала, и…
— То, что тебе до сих пор везло — не значит, что так и будет дальше, — жестко сказал я. — Считаешь себя самой крутой, да? Сколько народу уже погибло в схватках? Ну, хотя бы за последние полгода, а? Ты думаешь, все они были хуже подготовлены, чем ты? Или у них было меньше причин сражаться? Или никто из них не защищал тех, кого любит? Или взять родителей Гарри. Джеймс Поттер был аврором — нехилая подготовка, как тебе?! И он защищал свою семью — тоже не самая последняя причина, как думаешь?
— При чем здесь, Мерлина ради, Джеймс Поттер?!
— А при том, что при всей своей мотивации, он не продержался против Волдеморта и двух минут! Прикрывая уход жены и сына! Если уж у него не получилось — думаешь, у тебя шансов больше?
— Но… Но Волдеморт не знает меня в лицо! — «нашлась» Блейз. — Я буду просто еще одной студенткой, откуда ему знать, что на меня вообще надо нападать? Его цель — Гарри!
— Во-первых, тебя знают Пожиратели, — хотя бы моя чокнутая тетка, — неумолимо возразил я. — А во-вторых, — Легилименция. Ментальный щит, которым я прикрыл сознание Гарри, держится даже не на честном слове, а, что называется, «на соплях». Если Лорд окажется с ним рядом, ему достаточно будет чуть-чуть надавить, и защита рухнет. Прочитать в памяти Гарри кто ты такая, как выглядишь, и что для него значишь — это вообще раз плюнуть. Тем более, будь ты рядом — и все это будет на самой поверхности! Волдеморту даже особо в памяти у него копаться не придется! Особенно после того, как вы… После того, что вы были ВМЕСТЕ.
— Ты знаешь? — Блейз вспыхнула и чуть нахмурилась. — Это Гарри тебе рассказал?
— Нет. Я видел в его воспоминаниях, нечаянно. Видишь, это проще, чем кажется — даже и стараться отдельно не надо! Особенно если ты рядом, — повторил я с нажимом.
— Но… но…
— Блейз, ну включи, наконец, мозги! — закатил глаза я. — Можно подумать, мало того, что как бы ты ни хорохорилась, чувствам не прикажешь! И даже если Гарри согласится с тобой, что ты «имеешь право сражаться», — я произнес это намеренно саркастическим тоном, скорчив гримасу, — то он все равно не сможет САМ полностью сосредоточиться на битве! Ради всего волшебного, сестренка, ты не можешь этого не понимать! Как бы он ни старался, все равно, пока ты подвергаешься риску, у него душа будет не на месте! Все равно он будет прежде всего думать о том, чтобы не пострадала ты, чтобы прикрыть тебя! Он же гриффиндорец., мать его, герой! А ему нельзя отвлекаться. Ты ведь и сама знаешь все это.