За предыдущий год я неплохо развил в себе усидчивость, а теперь, когда понял, что отчасти Гермиона права, и упорная учеба действительно приносит плоды, старался ею не пренебрегать. Стоило вспомнить первое «превосходно» по зельям! А ведь чем лучше будут у меня оценки, тем больше шансов поступить в школу авроров… не говоря уже о том, что никогда не знаешь, что может пригодиться в борьбе с Волдемортом. Да и другие приключения… никогда не любил «Бомбарду» — грязно, опасно, можно ненароком зацепить кого-нибудь… А поди-ж ты, если бы я ее не знал, фигушки мы с Малфоем вчера выбрались бы из Башни. Хотя, черт его знает, Малфой-то, наверное, придумал бы что-нибудь «родовое», или, на худой конец, черномагическое…
Мысли и воспоминания лениво прокручивались у меня в голове, занимая лишь часть моего внимания. Как-то отстраненно размышляя обо всем этом, я открыл учебник, и даже успел переписать пару абзацев, соответствующих теме эссе. Прочитав написанное, я поморщился: надо бы добавить какие-то свои комментарии, а не просто переписывать текст. Я погрыз кончик пера, сплюнул отщепившуюся пушинку, состроил рожу насмешливо уставившемуся на меня Живоглоту, и, сформировав в голове фразу, принялся старательно записывать ее на пергамент. Работалось на удивление легко, нужные кусочки текста в учебнике, казалось, находились сами, а комментарии придумывались складные и точные. Я даже заподозрил, а не вмешалась ли в дело моя Родовая Магия? Кажется, под влиянием Малфоя в башне она несколько оживилась… Я хмыкнул. Раньше, отчасти еще и из-за Рона, я чувствовал себя неловко — проявления Родовой Магии казались мне еще одним знаком моей необычности, которая причиняла мне столько неприятностей. Теперь, узнав от Драко, что я унаследовал ее вполне законно, своим чередом, я как-то перестал стесняться, и поймал себя на том, что сравниваю ее со своими способностями в квиддиче. Ну да, я летаю лучше, просто потому что могу, и все. Так же и с этим… В общем, на эссе мне понадобился час — небывалое дело. Раньше с такой скоростью могла работать только Гермиона. Я отложил пергамент, убрал учебник и перо с чернильницей, и решил, раз уж у меня оставалось немного времени до обеда, почитать еще и сегодняшнюю тему по Травологии. Вообще-то, я ее уже читал дважды, поскольку мы уже третий урок сидели на одном и том же, но освежить в памяти текст учебника не помешает.
Однако планы мои нарушил Живоглот, который, увидев, что я закончил писать, с непробиваемой наглостью (у Малфоя, что ли, учился?) залез ко мне на руки, и вытянулся, уцепившись лапами за плечо, и потираясь башкой о мою щеку.
— Ну вот, разбаловал я тебя, — сокрушенно вздохнул я, поглаживая наглого котяру и против воли улыбаясь. — Ну, хороший, хороший. Молодец, Живоглот, хороший кот.
Не знаю, сколько времени я сидел, машинально гладя кота, и позволив мыслям блуждать где придется (в основном мои размышления почему-то повернулись в сторону Блейз и принятого в полубреду вчерашнего утра решения пойти дальше в отношениях с ней). Наконец, отложив учебник, который так и лежал у меня на коленях по соседству с Живоглотом, я решил пойти пройтись перед обедом, и, может, поискать кого-нибудь из друзей.
— Так, все, кошак, брысь, — строго сказал я. Кот возмущенно фыркнул, но я был непреклонен. — Брысь, говорю. Хорошенького понемножку.
Как ни странно, Живоглот не стал упираться. Мяукнув, он спрыгнул с моих колен и устроился, свернувшись, на диване, а я, стряхнув со свитера прилипшие шерстинки, сложил в сумку учебники и написанное эссе, чтобы не возвращаться потом опять в Башню, надел снятую во время работы мантию, и, подумав, вынул из заднего кармана сумки Карту Мародеров.
— Клянусь, я замышляю только шалость, — проговорил я, и стал осматривать карту. Так, вот Малфой, все еще в больничном крыле. На мгновение перед глазами опять мелькнул образ спящего Драко — он опять перевернулся на живот и обхватил подушку руками. Ладно, раз ворочается, значит, скоро проснется. Я помотал головой — бред какой-то, да откуда мне знать, как он там спит! Пора завязывать думать о Малфое, как бы я ни был ему должен. Навещу его на свободной паре, и все. Хватит. Та-ак, где это у нас остальные? Так, вот Гермиона, в компании Невилла, где-то на втором этаже. Что это они там потеряли, интересно? Ладно, выясним. Посмотрим дальше. Угу. А где у нас Джинни?
Однако прежде Джинни я нашел Рона, который в одиночестве неторопливо поднимался по лестнице в Башню. Черт, да он же через пару минут будет здесь! Не знаю почему, но встречаться с ним, да еще и с глазу на глаз мне совсем не хотелось — я не был уверен в своей реакции. То ли я расплачусь и наору на него, то ли морду ему набью. А может, и то и другое. Даром что он выше меня почти на голову, и здоровее раза в полтора, но при одной мысли, что творилось со мной по его вине — кваррок, магическая нестабильность, движущая паутина, летящая в лицо лавина осколков… — внутри вскипал такой гнев, что я был уверен, что позволь я ему вырваться из-под контроля, и меня никакие здравые соображения не удержат.