— Едут! Едут! — закричал ворвавшийся в холл Невилл Долгопупс, и чуть не рухнул, зацепившись шарфом за ручку двери. Кое-как отцепив его, чуть не разорвав, он ввалился внутрь. — Я… Я был в теплице, я видел… Филч пошел открывать ворота! Комиссия здесь!
Холл мигом наполнился гомоном, все, кто готовился сдавать тесты сегодня (в общей сложности, около двадцати человек), повскакивали со своих мест, и столпились у дверей, выглядывая, в ожидании комиссии. Драко и Гарри, синхронно усмехнувшись, вместо этого потащили меня к лестнице — оттуда было не очень видно, что происходит на улице, зато прекрасно просматривался сам холл. Заняв позицию на промежуточной площадке между первым и вторым этажами, мы облокотились на перила, и я впервые подумала, что должно быть., со стороны мы смотримся довольно забавно. В самом деле, живописная группа — двое парней, брюнет и блондин, и рыжеволосая девушка между ними. Мда, чтобы представить полную гамму всех оттенков волос, Драко надо было влюбляться не в Джинни, а в Гермиону. Хотя, Малфой и Грейнджер — полная чушь. Ради дружбы с Гарри, Драко, конечно, мог заставить себя переступить привитую с детства предубежденность против маглорожденных, но не до такой же степени, чтоб влюбляться! Малфой, в принципе, наверное, даже и не расценивал Гермиону как девушку, достойную внимания…
Комиссия прибыла минут через десять после Долгопупсова появления, когда большинству студентов уже надоело ждать, и они разбрелись обратно по своим местам. У дверей оставались только Сюзан Боунс и все тот же Невилл, но даже они поспешили убраться куда-то в уголок, когда члены комиссии наконец вошли а Холл.
Всего их оказалось трое — две женщины, и мужчина. Дамы были так основательно закутаны в теплые дорожные мантии, что разглядеть их было решительно невозможно, кроме, разве что, того факта, что одна из них была довольно высокой и худой, а осанкой напоминала профессора МакГонагалл. Вторая, напротив, толстенькая и приземистая, заставляя вспомнить об Амбридж, но, хвала Салазару, была все же повыше ростом, и, кажется, помоложе. Зато мужчина, при входе гордо откинувший капюшон и распахнувший мантию, виден был превосходно.
Не особенно высокого роста, и уже сильно в годах, он был худощавым и жилистым. Растрепанная грива седых волос, откинутых назад от лба, действительно напоминала львиную. На самом кончике носа у него висели вытянутые продолговатые очки, правда, с такого расстояния точную форму я бы называть не взялась. На руках у него были толстые темно-коричневые перчатки, а теплая мантия, отороченная мехом, была по виду довольно дорогой. Но дело было даже не столько в качестве его одеяния, сколько в осанке и в том, как он держался — строго, высокомерно, и даже отчасти презрительно, презрительно по отношению почти ко всему, что он видел. Справа от меня я услышала хмыканье — Драко успел оценить гостей и, по всей видимости, вынес вердикт.
— Как тебе председатель? — спросил он Гарри, видно, кинув взгляд через мою голову.
— С чего ты взял, что он именно председатель?
— Потому что слышал, что новый председатель комиссии — мужчина, — фыркнул Драко. — Ну так что скажешь?
— На Скримджера похож, — отозвался Поттер. — Только ростом поменьше. А ты что думаешь?
— Ну… — Малфой скептически пожал плечами. — На Скримджера разве что прической. А так… Не знаю. Определенно чистокровный, причем глава рода. Родовая Магия в нем прямо бурлит. Чувствуешь? — и он коснулся плеча Гарри, протянув руку за моей спиной. Я знала, что при телесном контакте ему легче показать Гарри, как именно тому нужно применить свою силу, а в данном случае он просто помогал увидеть то, что недоступно простому взгляду.
— Угу, — кивнул Поттер. — Странно… Мне почему-то кажется, что в нем есть что-то знакомое. Вряд ли мы раньше встречались, я бы запомнил… И все-таки что-то очень знакомое…
— Ну, не знаю, не знаю… — протянул Драко. — По мне, так он просто… Ну, словом, мне кажется, что в таком возрасте, и ты будешь выглядеть примерно вот так же. И вообще, есть в вас что-то общее. Блейз, посмотри.
— Ну, даже не знаю, — замялась я. — Наверное, да. Правда, отсюда не очень видно… Ну, что-то в фигуре есть общее, наверное, ты прав.