— Я… Вот, посмотри, — она приподняла книгу и показала мне обложку, где металлическим тиснением были выдавлены слова названия: «Разновидности Безвыходного проклятия» за авторством Ульрика Тангерберга.
— Безвыходные проклятия? Это вроде того, что лежало на входе в Башню Востока? — уточнил я. Гермиона кивнула. — И что? Что такого ты могла тут вычитать? Что, «Адово Пламя» Снейпа не подействовало из-за этого? Или оно создало какую-нибудь лазейку? Нам стоит беспокоиться о нападении кварроков?
— Нет, нет, ничего подобного, — отозвалась она усталым, почти безжизненным тоном. — Это не имеет отношения к Башне… Прости, Гарри, мне так жаль…
— Да о чем ты, я не понимаю!
— Я… О Боже, я просто не могу… — пробормотала она, и пододвинула книгу ко мне. — Вот, прочти сам лучше, — и она осторожно пролистала назад несколько страниц от того места, где читала сама. Я опустил глаза на страницу… и у меня перехватило дыхание. Рисунок, изображенный под заголовком «Искажение пространства и времени, замкнутое при помощи Безвыходных заклятий» был мне до боли знаком — вот только раньше я видел не гравюру, а реальный объект. Но не узнать его было невозможно — кому угодно, но не мне. Сколько раз потом я видел это в кошмарах! Вцепившись в книгу, я уткнулся в строчки, лихорадочно вчитываясь в полуистертые письмена…
Pov Драко Малфоя
Приняв душ, я переоделся в специально захваченную с собой школьную форму, и, отправив квиддичную одежду в корзину для грязного белья, стоящую тут же, в раздевалке, отправился на ужин.
Тренировка прошла, честно говоря, ни шатко ни валко. Все-таки ребята заметно расслабились после игры, тем более что до мартовского матча с Хаффлпаффом было еще почти три месяца. Более-менее сосредоточенно (хотя не сказать, чтобы результат от этого был хоть немного лучше) играли только Крэб с Гойлом, которые боялись, что если не будут стараться изо всех сил, то я могу осуществить свою угрозу и выгнать их из команды. Остальные, включая даже Блейз, летали кое-как, расслабленно, и еле-еле перекидывали квофл из рук в руки. Поймав тренировочный снитч третий раз подряд без особых усилий, я, наконец, вышел из себя — они за это время забили три гола, хотя я, Гриндевальд побери, давал им фору! Наорав на команду, я кое-как заставил их расшевелиться — впрочем, не более, чем на пару минут. Они забили два гола в хорошем темпе, а потом опять вернулись к прежней, вальяжной манере. Майлз перед кольцами откровенно бездельничал, зевал, и то и дело выписывал пируэты, которые в матче стоили бы нам как минимум десяти, а то и двадцати проигранных очков, если охотники соперника подсуетятся.
Окончательно разозлившись, я взялся за игроков всерьез, и гонял вплоть до самого ужина, пока Винс с Грегом не запросили пощады от голода. Мда, что-то, а ужин для них — это святое… Ребята никогда не следовали совету мудрой пословицы, советующей ужин отдать врагу (хотя в принципе, если так делать ежедневно, то можно приобрести друга). Собрав мячи и оттащив ящик с ними в чулан возле площадки, заодно со своей метлой, я только тогда пошел в раздевалку, следом за всеми, и естественно, остался последним.
На ужин я пришел усталым, раздраженным, и, следовательно, в отвратительном настроении. И словно в довершение всех бед, не успел я войти в Большой Зал, как меня окликнула Грейнджер, спускающаяся с лестницы. Вообще говоря, это было довольно странно — она редко обращалась ко мне по собственному почину, да и то, только в компании Гарри. Теперь же она была одна, и явно встревоженная. Мое сердце кольнуло нехорошее предчувствие — может, что-то случилось? Я шагнул навстречу.
— Драко, слава Мерлину, ты здесь! Я везде тебя ищу! — выпалила она. Я невольно вскинул бровь — Грейнджер назвала меня по имени? Да уж, что-то явно случилось!
— В чем дело? — спросил я.
— Гарри пропал! — всхлипнула девушка, едва сдерживая рыдания.
— Что? Что ты мелешь, Грейнджер, как он мог пропасть?! — опешил я.
— Он… О Боже, это моя вина! Я не должна была показывать ему эту книгу! Драко, прошу тебя, помоги мне найти его, я боюсь, он опять сделает глупость и сунется на верную смерть! — снова всхлипнула она, заламывая руки.
— Так, стоп, я ничего не понимаю, — осадил я ее, стараясь изо всех сил не поддаваться панике при словах «верная смерть». — Объясни толком, что случилось, при чем тут ты, и что с Гарри?!
— Ох, Моргана — чаровница! Да нет времени объяснять! — торопливо тряхнула волосами Гермиона.
— Если ты не объяснишь, я ничего не смогу сделать! — возразил я. — Давай, в двух словах, в чем дело?