— Он сказал… — Джинни запнулась, собираясь с мыслями. — Он сказал, что они с Блейз виноваты перед тобой, — сказала она наконец.
Я замер. Внутри, в душе, хрупкая надежда разлетелась в пух и прах, ввергнув меня в пучину отчаяния. Виноваты…
— Виноваты в том, что не подумали, как со стороны выглядит тот факт, что она провела ночь в его комнате, — закончила Джинни. — Но это все. ЕДИНСТВЕННАЯ их вина — в том, что они не думали, будто кто-то может попытаться подать это таким образом. И тем более, что они не знали ничего о карте, и не могли предполагать, что ты увидишь, что Блейз ночевала в постели Драко.
— Ночевала? — тупо переспросил я. Моя голова отказывалась соображать. «Ночевала». Как это понимать? В душе была ровная, спокойная тишина — однако не та изматывающая опустошенность, какая бывает от чересчур сильной боли или горя. Нет, на сей раз это было звенящее, напряженное ощущение затишья перед бурей. — Что значит «ночевала», Джинни?
— Вечером в четверг Блейз получила письмо от матери из Бразилии, — ответила Джинни. — Она рассказывала тебе о своем сводном брате, Диего?
— Тому, который учил ее магловской культуре? — все так же отстраненно уточнил я, и кивнул. — Рассказывала. И что? Не понимаю, он тут при чем?
— Он погиб в ночь на четверг, — бесстрастно отозвалась младшая Уизли. Мне потребовалась пара минут, чтобы до конца осознать смысл ее слов. — Именно об этом сообщало письмо.
— Погиб? — переспросил я, снова ощущая, как внутри все обрывается. Блейз была привязана к этому парню, она всегда говорила о нем с такой теплотой, что я невольно начинал даже слегка ревновать ее к нему. Тем более, они не кровные родственники… Единственное его достоинство в моих глазах заключалось в том, что он проживал в Бразилии, и следовательно, был как соперник относительно безопасен. Но… Но если он погиб… Стоп. Стоп! — Стоп, — я и не заметил, как начал говорить вслух. — Блейз узнала об этом вечером в четверг? На ужине ее не было, и Малфоя тоже. Но он-то был на дополнительных занятиях… И все-таки… Допустим, она узнала о смерти сводного брата… И той же ночью все равно прыгнула в постель Малфоя? Непохоже на нее…
— А еще Малфой под Веритасом подтвердил, что они с Блейз не любовники, и никогда ими не были, — все так же безжалостно продолжала Джинни. — И в его постели Блейз спала одна. Он просто сидел рядом. У нее была истерика, и он беспокоился за нее.
— Замолчи… — прошептал я. Голова, казалось, вот-вот лопнет от этих вестей. — Замолчи, замолчи! — Меня затрясло. Перед глазами всплыло воспоминание, то самое, которое причиняло мне столь невыносимую боль все это время — я открываю карту Мародеров, и вижу две точки рядом, в углу малфоевской спальни, и мой мир рушится на глазах. Этот момент отпечатался в моей памяти так отчетливо, словно его выжгли внутри меня каленым железом. Ее точка ближе к стене, а его — чуть ниже и дальше… Сидел рядом?
Гермиона успокаивающе гладила меня по плечу, но я даже не замечал этого. Подняв глаза, я посмотрела на Джинни. Внутри меня все звенело от напряжения — я из последних сил цеплялся за крохотную возможность не верить, не допускать мысли о том, насколько страшную ошибку совершил, и как мне теперь жить с этим.
— Ты уверена, что… Что он не мог каким-нибудь образом обойти заклятие?
— Я — да, — спокойно ответила Джин. — А вот Ты, Гарри… Ты ведь все равно не позволишь себя убедить. По крайней мере, не мне. Ты все равно не поверишь до конца в их невиновность, пока не удостоверишься. Не так ли?
— Я… Джин, я тебе верю, но… Малфой, он…
— Он ждет тебя в Чертоге Собрания, — вставила молчавшая до сих пор Гермиона. — Ступай, поговори с ним. Он… Он сказал, что готов снова подставиться под Веритас, если это будет единственный способ убедить тебя.
— Не понимаю, ему-то это зачем? — пробормотал я недоверчиво. В голове не укладывалось, как это Малфой, гордый и заносчивый аристократ, мог настаивать на каких бы то ни было доказательствах, чтобы убедить меня. Неужели наша дружба так много значила дла него? Столько, что он готов был забыть про фамильную гордыню?
— Спроси его, а не нас, — пожала плечами моя подруга. — И Гарри… Родовая Магия против Черной неэффективна, — добавила она. — Я читала об этом. Она может помочь справиться с последствиями, но защитить от самих чар не в состоянии. Черную магию и придумывали с тем расчетом, чтобы сопротивляться не мог никто. Так что Драко нечего противопоставить заклятию Веритас, и обойти его он никак не мог.