— Позволь мне рассказать тебе одну историю, милая, — сказала она, отворачиваясь от своего секретера, на котором писала, и поворачиваясь ко мне. Я опустилась в стоящее сзади резное кресло, приготовившись выслушать ее, хоть и без особой охоты.
— Когда мне было семнадцать лет, как тебе сейчас, я была до безумия влюблена в одного молодого аристократа, который закончил школу годом раньше, но все равно все время пребывал на виду. Когда я сама закончила школу, я начала… не то, чтобы преследовать его… В общем, стараться устроить так, чтобы как можно чаще попадаться ему на пути. Мы не были далеки друг от друга — мы, можно сказать, приятельствовали, и в довольно короткое время я умудрилась стать ему близкой подругой, и практически наперсницей. Я уже поздравляла себя с победой, думая, что еще немного — и я завоюю его сердце… Однако через какое-то время, как гром среди ясного неба, я узнала — от него же, — что он давно влюблен в другую. Более того, дорогая, я вынуждена была стать его поверенной в любовных делах, дабы сохранить хотя бы его дружбу. Его возлюбленная была моей приятельницей, и к тому же дальней родственницей. Это… продолжалось довольно долгое время. Как-то я пыталась его забыть, начинала встречаться с другими, и даже вышла замуж первые два раза — еще до твоего отца. Но все равно всегда возвращалась. Стоило мне ЕГО увидеть и поговорить с ним… Я забывала обо всем. Однажды я даже решилась на интригу. Если бы мне все удалось, он расстался бы со своей возлюбленной, и у меня мог появиться шанс… У меня и правда получилось поссорить их на какое-то время, скомпрометировать ее в его глазах, однако с моим собственным шансом ничего не вышло. Он все равно все время думал только о ней. И тогда я поняла одну вещь… Малфои не прельщаются тем, что само дается им в руки. Как бы нам этого не хотелось.
— Малфои? — переспросила я. — Ох, нет! Люциус?
— Да, — печально кивнула мать. — Моя первая, безумная и самая безнадежная любовь. С которой я даже не попрощалась…
— Мама… — прошептала я, глядя на нее со смесью жалости и некоторого страха. — Но ведь… Как же тогда… Я думала, ты и дон Родриго…
— Нет, милая, не нужно пугаться, — вздохнув, улыбнулась мать. — В конце концов безнадежное чувство к Люциусу отгорело, и осталась лишь память о нем. Первая любовь никогда незабывается… Родриго — это совсем другое. Это зрелое, настоящее чувство, именно то, которое я так долго искала. Но речь не о нем.
— Тогда о чем? К чему эта речь о Малфоях?
— Ты не поняла? Ведь… Блейз, милая, я просто хочу предупредить тебя. Драко Малфой… Как бы близок он тебе ни был — он не обратит на тебя внимания, если ты будешь всегда рядом. Он такой же, как его отец. Все Малфои такие…
— Мама, — вздохнула я, качая головой. — Драко? Это просто смешно. Мы выросли вместе. Он мне практически брат. Но между нами ничего нет, уверяю тебя. Я не влюблена в Драко Малфоя.
— Вот как? — изящные тонкие брови матери удивленно приподнялись. — В самом деле? Хм… Ну что ж. Рада это слышать, милая. Поверь мне, любить Малфоя — это настоящее наказание.
— Я знаю, — хмыкнула я, поднимаясь с кресла, и проходя по комнате — просто так, без определенной цели. — Насмотрелась на жертв его обаяния. Драко настоящий ловелас. Но, похоже, его сердце тоже не избежало сетей на сей раз…
— Но раз твой избранник — не он, — снова взялась за свое мать, — Тогда кто? Не верю, что моя дочь могла счесть какого-нибудь другого парня достойным внимания настолько, чтобы нестись к нему сломя голову…
— Мам, давай не будем, — попросила я, остановившись, и чтобы чем-то занять почему-то задрожавшие руки, подняла с ее туалетного столика какую-то баночку. — Не хочу говорить о нем. Может, как-нибудь потом. Не сейчас.
— Ну хорошо., — не особенно охотно согласилась мать. — Сейчас я свяжусь с Адальберто Ривейрой, чтобы заверить твой новый путевой листок, и ты сможешь отправляться. Хотя, все равно придется дожидаться возвращения Родриго, чтобы сделать портключ.
— Оу. Но… Я бы хотела попрощаться с доном Родриго, но портключ вовсе не обязательно, — заметила я. — Я могу воспользоваться каминной сетью. Мне ведь нужно в Каминный Узел, а не куда-то, где может и не оказаться камина. И потом, даже и это не обязательно. Расстояние не настолько велико — я могу и аппарировать. У меня уже есть лицензия.
— Ах, да, в самом деле, — спохватилась она. — Ну что ж, прекрасно. В таком случае, я пойду свяжусь с Адальберто. Кстати, если тебя заинтересовало это средство, можешь взять себе, — сказала она, указав на баночку, которую я все еще держала в руках. — Не думаю, что у меня в ближайшее время возникнет желание менять свой стиль, а когда траур пройдет, лучше будет приобрести новое.