— Я…
— Малфой! — голос с верхней ступеньки лестницы заставил меня вздрогнуть, и моя рука, придерживающая занавеску, невольно разжалась.
Тяжелая портьера скользнула обратно, скрыв портрет больше чем наполовину. Старуха недовольно заворчала, но мое внимание уже целиком поглотил Сириус Блэк, медленно спускающийся по лестнице, и, казалось, пытающийся насквозь просветить меня взглядом. Я невольно похолодел, хотя и не делал ничего плохого. Выглядел крестный Гарри отнюдь не дружелюбно, что бы там ни говорил Поттер о том, что он обещал вести себя помягче. Сглотнув, я невольно подался назад, но тут же усилием воли приказал себе стоять на месте.
— Что ты здесь делаешь? — сурово спросил Блэк. Я машинально сглотнул, молясь всем, кого только мог припомнить, чтобы не пустить петуха.
— Я пришел поговорить с Гарри, — отозвался я. Хвала Мерлину, голос прозвучал достаточно ровно.
— Вот как? Гарри сейчас нет, он и все остальные уехали в Косой Переулок с семейством Уизли, — холодно ответил он. Я снова сглотнул.
— О. Простите, я не знал, — отозвался я. — Ну, я тогда… эээ… Зайду в другой раз?
Блэк смерил меня взглядом и кивнул, в его глазах читалась настороженность и недоверие. Мне почему-то вдруг подумалось, что будь он в своей анимагической форме, шерсть у него на загривке стояла бы дыбом.
— Что тебе нужно было от портрета старухи? — спросил он вдруг, когда я уже начал поворачиваться в сторону кухни. Я замер. «Старухи»? Это он о родной матери? Нет, я понимаю, Вальбурга — не образец материнства, но все же… Хотя, насколько я помню, из рода его изгнали по ее инициативе…
— Я просто хотел проверить, узнает ли она меня, — отозвался я, пожимая плечами. — Я последний раз ее видел, когда мне было семь.
— Вот как… — медленно отозвался он. — Так ты, выходит, бывал в этом доме при ее жизни.
— Да, мы с мамой навещали ее примерно раз в месяц, — отозвался я. — Она… Была очень одинока.
— Неудивительно, — фыркнул Сириус. — Ладно. Если ты не очень торопишься, можешь подождать Гарри здесь. Они уже скоро вернутся, уехали-то ненадолго. У Фреда и Джорджа презентация нового товара, вот они и…
— А, «Ночные Фантазии»? — понимающе кивнул я. Сам я был, не сказать, чтобы в восторге от этого изобретения — у меня после этих чар наутро голова гудела как с похмелья. А вот Гарри они нравились.
— Угу, — кивнул Блэк. — Не откажешься выпить со мной чаю? — предложил он вдруг, почти без перехода. Я захлопал глазами, и он вопросительно вскинул брови. Хмыкнув, я склонил голову набок.
— А безоар заранее туда кинуть можно? — спросил я. Кривая усмешка Сириуса каким-то образом напомнила меня самого.
— Травить гостей — в большей степени прерогатива Малфоев, чем Блэков, — возразил он. Тут он прав, были в нашей семье… любители.
— Дурной пример заразителен, — парировал я. — А впрочем, ладно. Но учтите, если что — я специально стану привидением и буду таскаться за вами по пятам, гремя цепями, до конца вашей жизни.
— На тебе нет цепей, — хмыкнул он.
— А я найду! Например, одолжу у Кровавого Барона, — я невозмутимо пожал плечами.
Сириус фыркнул и в открытую улыбнулся.
— Ну ладно, пока тебе еще не требуются цепи, идем. Здесь прохладно.
— Да и в кухне не лучше, — заметил я, следуя за ним к двери, из которой вышел несколько минут назад.
— Ничего, это поправимо, — отозвался Блэк, взмахом палочки накладывая на помещение согревающие чары, и зажигая огонь в камине. Я невольно ощутил приступ жалости. Нет, огонь зажечь — это понятно, но согревающие чары мне в Маноре, например, накладывать не приходилось, достаточно было легонько коснуться уз Дома. А ведь он когда-то тоже так мог…
Чаепитие с Сириусом Блэком было, пожалуй, одним из самых необычных в моей жизни. Ну, в том, что к чаю у него нашлись какие-то вполне сносные домашние сладости, как раз, не было ничего удивительного. Особенно учитывая, сколько молодежи гостило в доме, и при том что двоим из них родной матерью приходилась Молли Уизли, а еще двоих она приняла под свое крыло и тоже заботилась о них, как о своих. Куда удивительнее было поведение хозяина, по крайней мере, по сравнению с прошлым разом. Похоже, Гарри все-таки не ошибся. Сириус, казалось, изо всех сил старался вести себя дружелюбно и приветливо, хотя время от времени и окидывал меня подозрительными взглядами, словно пытаясь отыскать подвох в моих словах. Признаться, полностью избавиться от неприятного чувства неловкости мне так и не удалось, но, напомнив себе, что я — действующий лорд Малфой, я старался держаться спокойно и непринужденно.