— Где же были авроры? — со слезами в голосе спросила Джинни. — Почему они прибыли только уже «на место происшествия»? Косой переулок — практически центр магического Лондона! Почему они…
— Нападение произошло в высшей степени неожиданно, мисс Уизли, — бесстрастно проговорил Снейп. Профессор казался бледнее обычного, и сейчас я как никогда видел, что его холодность и бесстрастность — всего лишь маска, прячущая боль и чувство вины. — Оно готовилось в большой тайне, и было просто блестяще организовано. Более того, знали о нем лишь его непосредственные участники. Подозреваю, что все происходило под личным тотальным контролем самого Темного Лорда, и он персонально следил за тем, чтобы не допустить распространения даже малейших слухов об этом. В детали были посвящены даже не все члены внутреннего круга, а это, поверьте, говорит о многом. Основную массу атакующих составили новобранцы из числа детей Пожирателей Смерти и единомышленников, но костяк отряда — в основном освобожденные из Азкабана безумцы, вроде Беллатриссы, и чудовища, наподобие Грейбэка.
По лицу Джинни было видно, что она готова возразить, а может, и накинуться на профессора с обвинениями, но рука Драко снова мягко погладила ее ладонь, и я невольно ощутил отголосок его сопереживания ей, и желания защитить и уберечь девушку от горя. Джинни, хоть и не ощущала той связи, что была между нами, видимо, тоже почувствовала это, и с тяжелым вздохом обмякла, откинувшись на спинку своего стула.
— Увы, это так, — согласился Дамблдор тем временем. — Нападение было действительно блестяще организовано. В общей сложности оно длилось не более получаса. Пожиратели появились внезапно, со стороны Лютного переулка, и атаковали стремительно и напористо. Для меня вполне очевидно, что у них был четкий, проработанный план действий. К тому времени, как в аврорат начала поступать информация о случившемся, все было уже кончено. Помимо прочего, были организованы и пути к отступлению — каминная сеть, портключи, удобные точки аппарации. К тому же, они выбрали крайне удачное время для атаки — народа в Косом переулке вечером меньше, чем днем, а значит, они не встретили столь яростного сопротивления. И кроме того, бОльшая часть ликвидаторов заклятий из Гринготтса тоже уже закончила рабочий день, а они, из всех, кто работает в Косом Переулке, единственные, кто мог бы дать серьезный отпор. Кроме того, Гринготтс, из всех зданий, пострадал в наименьшей степени, очевидно, с ним просто не хотели связываться. Цели были четко определены. Пожиратели нанесли удар по всем трем заведениям практически одновременно, все остальные, полагаю, пострадали лишь в результате неких… отвлекающих маневров. Все три заведения, подвергшиеся основным ударом, работали допоздна, и владельцы всех трех проживали там же, в тех же домах.
— Фред и Джордж снимали квартиру прямо над магазином… — всхлипнула Джинни.
— А Перси!? — вдруг вспомнил Рон. — Как там оказался Перси? Он же не мог быть у близнецов, профессор, да они б его в порошок стерли! Ну, в своем настоящем виде он бы точно от них не ушел… — пробормотал он тише.
— Персиваль находился не в магазине УУУ, — ответил Дамблдор. — И полагаю, стал случайной жертвой. Он был в кафе Фортескью в обществе мисс Пенелопы Кристалл, и они оба оказались жертвами нанесенных зданию повреждений. Мисс Кристалл, увы, погибла под обломками, — проговорил он. Гермиона вскрикнула, тут же зажав рот ладонью. Пенелопа Кристалл, подружка Перси, оказалась на втором курсе ее «подружкой по несчастью» — они обе подверглись оцепенению от отраженного взгляда василиска. — Ваш брат выжил, и его жизнь также вне опасности, — продолжал Дамблдор. — У него многочисленные травмы, но к счастью, все они легко исцеляемы при помощи Костероста и заживляющих зелий. Ему придется провести в больнице святого Мунго несколько дней, но с ним все будет в порядке, так что на его счет можно не волноваться.
— Профессор, а…. нам можно будет навестить их? — подал голос я. Возможно, не следовало этого предлагать — но стоило мне представить себе чреду бесконечных часов в школе, когда мы будем каждую минуту ожидать известий о состоянии близнецов, осознавая собственное бессилие — и у меня темнело в глазах. Правда, если рассуждать здраво, мы ничем не могли помочь им, даже если бы и присутствовали в больнице, непосредственно рядом с ними, однако это дало бы некую… иллюзию сопричастности. По крайней мере, я не сомневался, что для Рона и Джинни это было немаловажным фактором. Да и, черт побери, для меня самого! Как ни крути, а Уизли давно уже были для меня практически семьей — единственной настоящей семьей, которую я знал, куда более родной и близкой мне, чем Дурсли. Дамблдор, естественно, прекрасно понимал все это.