— Ну, чего ты ждешь? — почти крикнула я. — Убей меня, что ты тянешь?
— Убить тебя? — переспросила Белла, и визгливо расхохоталась. — Нет, девочка моя, убить тебя было бы слишком просто. Ты еще можешь послужить Темному Лорду…
— Ты спятила! — нарочито бравировала я, хотя внутри все сжалось. — Я не стану служить Ему!
— Дорогая моя, почему ты решила, что кто-то спросит твое мнение? — хихикнула Пожирательница, и наклонилась вперед. Ее рука потянулась ко мне — медленно, точно в кошмарном сне, и я точно знала, что если она коснется меня, произойдет что-то ужасное и непоправимое. Но при этом я почему-то не могла пошевелиться, словно загипнотизированная, глядя на приближающуюся ко мне ладонь с обкусанными ногтями…
— Ступефай! — раздался из-за моей головы женский голос, резкий, как удар хлыста.
Беллатрисса вскинула взгляд, удивленно охнула, а в следующую минуту ее смело прочь силой ошеломляющего заклятия. Впрочем, оно не подействовало и вполовину так хорошо, как хотелось бы, — Белла успела заслониться, поэтому не потеряла сознания. Кинув на меня злобный взгляд, она скользнула прочь, и растворилась в полумраке ближайшей тени, будто аппарировав, но характерного хлопка так и не последовало.
— Блейз! — воскликнул все тот же голос, что наложил заклятие, и возле меня упала на колени Тонкс. — Хвала Мерлину, ты жива! Как ты?
— Нога! — всхлипнула я, едва сдерживая слезы от пережитого потрясения.
— Ох ты! — присвистнула девушка-аврор, и выдала ругательство, от которого у меня заалели уши. — Так, лечить переломы я не очень, но подлатать смогу, — сказала она, взмахивая палочкой и наложив невербальные чары, вправившие сломанные кости на место и сложившие их в правильном порядке. Я еле сдержала вопль — боль была просто адская. Тонкс сочувствующе погладила меня по плечу. — Ферула! — сказала она, снова указывая на мою больную ногу палочкой. Прочные бинты плотно обмотали мою икру, фиксируя ее к шине, и я почувствовала некоторое облегчение. Нога все еще болела, но уже не так сильно. — Сможешь встать? — спросила Тонкс.
— Да, наверое, — кивнула я, и медленно поднялась на ноги с помощью аврорессы. Стоять было больно, а опираться на поврежденную ногу — еще больнее, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Слабо улыбнувшись Тонкс, я кивнула.
— Ну, вот и хорошо, — кивнула она в ответ. — А теперь, давай-ка двигать отсюда. Надо продержаться до прихода подкрепления…
— Тут оборотень… Грэйбек, наверное, — пробормотала я. — Я его ударила, но он скоро очнется…
— Ты вывела из строя оборотня? — с некоторой долей восхищения переспросила Тонкс, помогая мне обойти обломки автобуса. По всему пространству, вплоть до шоссе, валялись обломки мебели и куски обшивки «Ночного Рыцаря», а земля была рыхлой, точно вспаханное поле. — Как ты это сделала?
— Что? — не сразу поняла я.
— Ну, оборотня, — пояснила Тонкс, лихорадочно озираясь. По обе стороны шоссе продолжали мелькать цветные вспышки, правда, к счастью, ни одной зеленой. Бой постепенно смещался, насколько я могла судить, в сторону второй половинки автобуса. — Так чем ты его достала? — снова спросила авроресса, хотя, как я подозревала, ответ ее не особенно интересовал — просто нужно было отвлечь меня от боли в ноге и страха перед продолжением битвы.
— Авадой, — неохотно ответила я на ее вопрос, в глубине души благодаря ее за попытку — хоть и не особенно успешную.
— Авадой? Ты умеешь накладывать непростительные?
— Я слизеринка! И приемная дочь Пожирателя Смерти, — фыркнула я. — Чего еще ты от меня ждешь?
— Да нет, я так… — пробормотала Тонкс, явно слегка шокированная. — А остальными проклятиями ты тоже владеешь?
— Не особенно, — признала я, пока мы осторожно ковыляли к шоссе, подальше от основной схватки. — Круцио я так и не освоила, а Империо — с переменным успехом. Вот Драко — тот да…
— Угу… — буркнула авроресса. — Ладно, слушай сюда… — мы остановились в тени живой изгороди, где нас было не заметно с дороги. — Не знаю, почему, как и зачем, но этим ребятам нужна ты.
— Я??? — сказать, что я была ошеломлена — ничего не сказать. — Почему именно я? Зачем?
— Без понятия, — дернула плечом Тонкс. — Предпочту выяснить потом. Тебе надо уходить. Не знаю, зачем ты им, но знаю, что тебя не ждет ничего хорошего, если попадешься. И нас, думаю, тоже.