А вообще-то, если по-честному, все эти размышления и сетования на недостаток опыта были не боле чем попыткой отвлечься и найти какое-никакое дополнительное оправдание тому, что я собирался сделать…
К тому времени, как мы наконец добрались до верха и вошли в предоставленную мне комнатку, я успел утвердиться в своем решении. В самом деле, оттягивать неизбежное, ужасное, но необходимое расставание, было бессмысленно. Чем дольше я тянул, тем большей опасности подвергал Блейз. Я не имел права поступать так…
Комната оказалась действительно маленькой — даже меньше, чем моя комнатка у Дурслей, а ведь по меркам Магического Мира их дом сам по себе считался чуть ли не крошечным. Тут едва поместилась кровать, небольшой шкаф для одежды, и крохотный столик с висящим над ним запыленным и мутным зеркалом в потемневшей деревянной раме. Войдя, я кивком указал Блейз на узкую односпальную кровать, и отвернулся, чтобы дать ей возможность переодеться, но Блейз только скинула мантию и небрежно опустила ее на единственный стул, кое-как втиснутый между кроватью и шкафом.
— Гарри, — негромко сказала она, усаживаясь на край кровати, и приглашающе похлопала по покрывалу, предлагая мне сесть рядом с собой. Я сглотнул. Вот и настал момент истины, к которому я подсознательно готовился все то время, которое заняла дорога наверх. При взгляде на ее лицо моя решимость таяла, как кусок льда перед жарко пылающим камином, и я понимал, что должен как можно скорее покончить со всем этим, пока еще хоть как-то держу себя в руках.
— Блейз, нам нужно… — начал было я, и запнулся. «Нам нужно расстаться» — сходу, в лоб — пожалуй, очень неудачное начало. Может, разрубить все одним ударом было бы и проще, но я не хотел ранить ее чувства больше, чем это необходимо. Да и… Не знаю, как я сам выдержал бы свою грубость по отношению к ней. — Нам нужно поговорить, — кое-как вывернулся я.
— Ну, хорошо, я с удовольствием тебя выслушаю, — кивнула она, мягко улыбнувшись. — Может, ты все же присядешь? — спросила она. Я облизнул пересохшие губы и покачал головой.
— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал я. — И потом… То, что я собираюсь сказать, тебе не понравится.
— Так, — кивнула она, и я каким-то шестым чувством ощутил, что девушка вся подобралась. Ее поза не изменилась, она вообще, казалось, не двинула ни единым мускулом — но почему-то я был уверен, что внутри Блейз сжалась, как взведенная пружина. Наверное, пребывай она сейчас в своей анимагической ипостаси — выпустила бы когти и прижала уши, как разозленная кошка. — Я догадываюсь, о чем ты, — холодно-нейтральным голосом произнесла она. — Но продолжай.
— Я… — я набрал в грудь побольше воздуха, и на одном дыхании выпалил, точно бросаясь в омут головой: — Я думаю, что нам необходимо расстаться!
К моему удивлению, она снова даже не пошевелилась. На какой-то момент мне даже подумалось, что я не произнес этого вслух — Блейз сидела в той же позе и, все так же молча, смотрела на меня, не говоря ни слова. Я уже начал подумывать о том, не повторить ли мне сказанное, хотя и слабо представлял, как мне найти для этого силы. Но тут Блейз закрыла глаза, и медленно покачала головой.
— Дай, угадаю, — непривычно резким, чуть хрипловатым голосом проговорила она, и снова вскинула на меня взгляд. На сей раз в зеленых глазах, казалось, полыхает настоящее гневное пламя. — Это все из-за этого дерьма, о котором ты говорил внизу, да? Типа, что из-за тебя я в опасности, потому что я твоя девушка, и это легкий доступ к тебе, и бла-бла-бла, так?
Я мог только ошеломленно кивнуть, пораженный этим тоном, и грубостью ее слов, и тем, что она вообще использовала подобные выражения — она, утонченная Слизеринская Принцесса! Таких слов я мог ждать от Пэнси Паркинсон, но никак не от Блейз! Впрочем, видно, именно это, как ничто другое, лучше всего и выражало ее протест, гнев и негодование пополам с отчаянием, которые плескались во взгляде девушки.
— Вот что я скажу тебе, Гарри — все это чушь собачья! — резко сказала она, будто выплюнув. Чуть опомнившись от потрясения, я сдвинул брови.
— Блейз… — начал было я. — Если ты понимаешь, почему я это делаю, ты не можешь не видеть и того, что другого выхода нет! Я знаю, что ты сейчас скажешь, — воскликнул я, поднимая руку, увидев, что она собирается возразить. — Ты скажешь, что тебе все равно, что ты не боишься и что готова рисковать… Но Я не готов. Я не пойду на это. Не могу рисковать тобой. Чем угодно — но не тобой…
— Гарри… — как-то обессилено вздохнула девушка, и плечи ее поникли. Хрипотца и резкость исчезли из ее тона, и это снова был мелодичный, чуть усталый, но нежный голос моей Принцессы. — Неужели ты не понимаешь, что это глупо и бессмысленно? Это чуть ли не худшее, что ты можешь сейчас сделать, и к тому же — в этом нет никакого смысла. Это ничего не изменит. Только причинит боль нам обоим, и тем самым ослабит тебя. Не думаю, что это именно то, чего ты хочешь.