— Риддл! — Гарри потребовалось не больше времени, чем мне, чтобы прийти к такому же выводу.
— Да, — кивнул я. — Это был он.
— Малфой, да ты просто гений! — заулыбался Поттер. — Теперь мы знаем, что последний крестраж, это… — он запнулся, и его улыбка медленно померкла. — Диадема, — закончил Гарри с легким, уже не особенно веселым смешком. — Остался маленький нюанс — мы по-прежнему не знаем, где она может быть.
— Ну, по-правде говоря… — начал я. Гарри буквально ожег меня взглядом.
— Вот только не говори, что ты еще и знаешь, где она, а то я поверю в то, что ты — новое воплощение Мерлина! — фыркнул он. Я хмыкнул.
— Ну, Мерлина — не Мерлина, а кое-какие соображения у меня возникли.
— И какие? — поинтересовался Дамблдор, о котором мы, как ни странно, как-то даже и забыли.
— Ну… Я подумал вот о чем. Елена сказала, что больше не знает, где диадема, и что Риддл наверняка забрал ее, однако у меня сложилось впечатление, что сама она этого не проверяла. Вот я и подумал, а что если диадема все еще там? Во-первых, это место — более, чем надежное, раз ее там за все время так и не нашли. Во-вторых, единственная возможная ниточка, которая к ней ведет — Елена. А она уверена, что диадемы больше нет на месте, значит, там ее искать и не будут. Сочтут, что бесполезно. Ну, и в-третьих… Мне кажется, что когда Волдеморт был развоплощен, он скрывался в тех лесах не случайно. Сомневаюсь, чтобы это было единственное подходящее место, где он мог бы спрятаться, пришедшее ему на ум. Даже на территории Англии он мог найти сколько угодно тайников, где-нибудь в горах, например, которые послужили бы ему не хуже, и плюс к этому, позволили бы оставаться ближе к очагу его интересов и быть в гораздо большей степени в курсе событий. Вот я и подумал, может быть, кроме надежности этого места, есть и какая-то еще причина? И возможно, она такова — а что, если развоплощенному духу легче было цепляться за то подобие жизни, которое у него оставалось, вблизи одного из его крестражей? Позднее, когда его нашел Хвост, появилась Нагайна, она тоже могла послужить ему якорем, который удерживал его не хуже, чем диадема. Именно потому он и смог уйти, и все такое.
— Что ж, — прговорил Дамблдор, после некоторого раздумья. — В твоих словах есть зерно здравого смысла. Рассуждения выглядят логичными, и хотя я мог бы привести несколько возражений, думаю, мы все-таки не можем полностью исключать такую возможность. Полагаю, эту версию следует проверить. И как можно скорее. К счастью, не так уж далеко оттуда имеется человек, которому мы можем доверить столь важное поручение… Твой брат Чарли, Рон. Румыния куда ближе к Албании, чем Великобритания.
— А вдруг там полно ловушек вокруг, как в той пещере? — возразил Гарри. — Это ведь опасно! Чарли может пострадать, а то и погибнуть!
— Нет, не думаю, — покачал головой Дамблдор. — Ему не придется подходить слишком близко. Задача Чарли будет всего лишь с помощью изобретенных Драко поисковых чар определить, там ли находится диадема, — не более того… Если же предположение подтвердится, вот тогда я лично займусь исследованием этого места, чтобы обнаружить ловушки и добраться до крестража.
Выйдя из кабинета, мы неторопливо направились в сторону лестниц. Рон, и без того весь вечер молчавший, казалось, окончательно замкнулся в себе. Гарри о чем-то напряженно размышлял, и я прекрасно понимал, что дело не только в беспокойстве за Чарли.
— Так, Поттер, в чем дело? — спросил я, когда молчание стало невыносимым. Гарри вздрогнул, очнувшись от размышлений, и чуть виновато посмотрел на меня.
— Пойдемте-ка куда-нибудь, где можно поговорить без помех, — предложил он, взяв нас с Роном за руки, и бесцеремонно направился к Чертогу Собрания. Вообще-то, поскольку он не был старостой, ему не позволялось пользоваться этим помещением, но, во-первых, он находился в компании сразу двух старост в нашем с Роном лице, а во-вторых, Поттер есть Поттер. Когда это он обращал внимание на правила?