— Конечно, мечтаю, — отозвался он. — Но исключительно потому, что черной завистью завидую размерам твоего гардероба…
— Тебе обеспечить такой же? — фыркнул я.
— Отвали, — отмахнулся Гарри. Я кивнул — время для очередной дружеской перебранки выбрано было, мягко говоря, неудачно. Хотя, с другой стороны, она помогла нам несколько разрядить напряжение.
— Ладно, есть идея… — пожал плечами я. — Надеюсь, я не спалю при этом всю комнату к лешевой матери… — Наклонившись, я поднес палочку к «паутине», и наложил довольно-таки слабенькое Инсендио — скорее, просто для того, чтобы посмотреть, нельзя ли огнем убрать покров, не прикасаясь к нему. Почему-то мне казалось, что способностью прилипать к рукам эта ткань не ограничивалась, так что контактировать с ней не было ни малейшей охоты…
Результат превзошел все ожидания. «Паутина» занялась довольно быстро, бодро поддавшись пламени — и вдруг, в один момент, полыхнула вся, целиком, вспыхнув ярким, ослепительным огненным цветком. Но не успели мы испугаться, как огонь так же внезапно сошел на нет, и в следующее мгновение угас, оставив вместо серебристо-серой ткани лишь осыпавшийся с тихим шорохом пепел. Вспышка пламени неизбежно повлекла за собой и движения воздуха, часть пепла разлетелась по комнате, заставив нас затаить дыхание. Вдыхать этот пепел было невыносимо страшно.
Однако дышать пришлось волей-неволей, и почему-то нам и в голову не пришло закрыть лица хотя бы рукавами, не говоря уже о заклятии Вентиляции. Правда, лично я отважился все-таки вздохнуть только тогда, когда сероватое облачко пепла совсем развеялось, а воздуха в легких не осталось в принципе. Выяснилось, что ничего опасного пепел собой не представлял — я ощутил лишь легкий горелый запах, и ничего более. Тем временем внимание Гарри, а потом и мое, привлекло нечто, открывшееся после исчезновения покрова.
Для того, чтобы все как следует рассмотреть, пришлось обойти вокруг и вернуться на небольшое, сравнительно чистое пространство перед исчезательным шкафом. Оттуда мы смогли наконец увидеть во всей красе то, что скрывалось под тканью-паутиной. Основанием для этой своеобразной композиции служил старый письменный стол со сломанной дверцей одного из отделений, висящей на одной петле. На нем, развернутые друг к другу, помещались два раскрашенных стула — серебристо-зеленый и красно-золотой. Раньше такие стулья стояли за факультетскими столами в Большом зале, но постепенно бОльшая часть из них пришла в негодность, и их заменили скамьями, которые были теперь. Чудом уцелевшие, такие стулья остались стоять теперь только во главе столов, да еще, кажется, как-то я натыкался на похожие в одном из пустующих кабинетов, куда составили старую мебель.
Впрочем, весь этот своеобразный постамент мы осмотрели бегло, отметив то, из чего он состоял, только краем общего сознания. Гораздо более занимательным казался предмет, венчающий «сооружение». А именно — бюст сурового на вид мага, глядящего вперед с отвагой и вызовом на горделивом, мужественном лице. Почему-то он показался мне знакомым, хотя узнать человека по скульптуроному изображению не так просто, как кажется. К тому же что-то все-таки портило впечатление, производимое бюстом. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что же именно кажется мне неправильным. Неизвестный шутник — хотя, надо полагать, что как раз нам-то он был вполне известен, — подверг голову мага частичной трансфигурации, приделав ему ослиные уши довольно внушительных размеров, торчком стоящие на макушке. Я бы прыснул, если бы не одно «но». Надетая на эти уши, словно на замысловатую высокую прическу, на челе гордого волшебника слабо поблескивала серебристая диадема Ровены, безошибочно узнаваемая по иллюстрациям. Видимо, неизвестный художник все-таки не погрешил против истины — впрочем, это было вовсе неудивительно, ведь и поисковые чары сработали. На какой-то момент мы с Гарри оба снова задержали дыхание, и я подспудно ощутил, как наши сердца одновременно замерли. Чисто инстинктивно я нашарил и сжал ладонь Поттера, и он в ответ тоже вцепился в мою руку. По моему телу пробежала дрожь, и тут Гарри судорожно выдохнул.
— Нашли… — снова прошептал он, и на сей раз я безмолвно с ним согласился. Вцепившись в мою ладонь, Поттер несколько минут не двигался, а потом, тяжело вздохнув, перевел на меня тяжелый взгляд. — Ну, кажется, мы у цели. Надо Рона предупредить, — сказал он, выпуская из палочки в потолок сноп красных искр. Почти сразу же стрелка-указатель заколебалась и растворилась в воздухе. — Осталось лишь каким-то образом снять диадему оттуда, — заметил Гарри, опуская палочку.