— Ты шутишь! — содрогнулся я. Драко покачал головой. — Мда, умеешь ты успокоить. Но ведь ничего похожего не происходит…
— И это странно. Если разрушается шкаф, его магия исчезает. Нас должно было бы, в лучшем случае, просто выбросить в пустоту…
— Так может, он и не разрушился, — пожал плечами я. — ВО-первых, если с нашим уходом комната перестала существовать, ураган должен был улечься сам собой, и шкаф не должен был пострадать. А во-вторых, если уж он простоял до тех пор, пока мы там не оказались, то, наверное, какая-то магия его все же защищает. Может, она и дальше его будет… эээ… сохранять?
— Насчет чар — не знаю, — пожал плечами Малфой. — А насчет первого — это очень сложно. Шкаф — это часть комнаты, то есть пока мы внутри, мы, как бы, считаемся и в комнате, верно? Ну и далее, развивая эту мысль, думаю, что пока мы действительно внутри, даже если физически уже вроде и не в Хогвартсе вообще, это все равно может считаться… — он запнулся и покачал головой. — Черт, я и сам с трудом понимаю то, что пытаюсь сказать, — прокомментировал парень, устало потерев ладонью лоб. Я вздохнул.
— Не напрягайся, думаю, я уловил самую суть. Пока мы, технически говоря, еще внутри, мы считаемся как бы внутри шкафа, даже если перемещение уже началось и в пространстве мы далеко от точки входа. Так?
— Да уж, Поттер, общение с Грейнджер все-таки, что ни говори, тоже накладывает на человека отпечаток, — хмыкнул он. — Никогда бы не подумал, что ты можешь выражаться подобным образом.
— Отсохни, — поморщился я, разделяя ухмылку приятеля.
— Угу, — фыркнул Драко, бросив короткий взгляд наверх. — Знаешь, что интересно? Топора в крыше я что-то больше не вижу…
— Что? — Я невольно тоже посмотрел вверх, и удивленно заморгал. Когда топор вонзился в крышку шкафа, он пробил ее насквозь, и часть лезвия торчала внутри, от чего, признаться, мне было как-то неуютно. Теперь же топора не было. Более того — не было даже дырки…. Странное ощущение пассивного использования моей магической силы усилилось, напоминая теперь щекотку где-то внутри, и я наконец решился вслух обратить на это внимание.
— Дрей, ты ничего не чувствуешь… необычного?
— Необычного? Поттер, ради всего волшебного, чего ты тут вообще обычного ухитрился найти? — чуточку истерично усмехнулся Малфой. Я сглотнул. Неужели он не чувствует? Неужели это только я?
— У меня такое чувство, словно… Ну, не знаю, словно через меня течет магия, и сама собой складывается в какие-то чары, — пробормотал я. Малфой кивнул.
— Ты разве не понял? — спросил он. — Это Родовая Сила. Я тоже это чувствую.
— Так это ты делаешь?
— Нет, — покачал он головой. — Хотя не исключаю, что это по моей инициативе. Родовая Магия порой взаимодействует со всяческими заклятиями и артефактами странным образом. Вспомни, как мы с тобой попали в Башню Восхода…
— Ты хочешь сказать, что это наша с тобой Родовая Магия запустила в действие этот шкаф? Несмотря на то, что он сломан?
— Я бы не стал исключать такую возможность, — мягко отозвался Драко. — По идее, он не должен был сработать с такими повреждениями… Мне кажется, что именно Родовая Магия сгладила все… недостатки, и запустила чары шкафа в действие.
— Получается… Мы влипли? — сглотнув, спросил я. — Если ты прав и шкаф сейчас захлестнет ураган, а мы еще будем внутри…
— Возможно, — нехотя согласился Малфой. — Есть еще небольшой шанс, и думаю, не столь уж маловероятный… правда, это сложно…
— Ты о чем?
— Ну… — слизеринец повел плечами, и откинул голову, прислоняясь затылком к чуть вибрирующей вместе с полом стене. — Будь это обычный, односторонний шкаф, мы бы уже, наверное, были мертвы, несмотря ни на какую Магию. Сколько мы уже здесь? Минут пять-десять, это уж точно. Урагану хватило бы нескольких секунд, чтобы уничтожить шкаф, и не думаю, что он еще вообще цел. Мы уже должны были бы быть мертвы, — повторил он. — Но есть шанс, что этот шкаф — один из парных. В этом случае, если второй еще цел, то… Тогда, если учитывать вмешательство нашей Родовой Силы… Возможно, мы сможем выбраться через него.
— Через второй шкаф? — Во мне снова проснулась надежда. — Но… где мы тогда окажемся? — осторожно спросил я.
— Понятия не имею, — вздохнул Драко. — Владельцы шкафов мне о них, как ни странно, не докладывают. Процентов на восемьдесят — на чердаке какого-нибудь особняка одного из старинных семейств.