— Ну хорошо, мистер Малфой, материал вы знаете, — устало сказал Снейп. — Впрочем, ничего удивительного. Но вот то, что вы до сих пор не приступили к практической части, удручает.
— Простите, сэр, я немедленно исправлюсь, — скромненько опустил глаза я. — Разрешите приступать?
— Давно пора, — проворчал крестный.
Остаток занятия, да и весть остальной день прошли спокойно, практически без происшествий, если не считать происшествием то, что крестный-таки задержал меня после урока и сделал строгий выговор относительно моего безрассудства, и дурного влияния Поттера. Впрочем, он все равно практически убил весь эффект своего строгого внушения тем, что в конце, морально уничтожив оппонента — то есть меня — помолчав, улыбнулся, и, притянув меня к себе, вдруг крепко обнял.
— Я горжусь тобой, Драко, — проговорил крестный, и я чуть не рухнул на месте от удивления. Отступив, он продолжал: — Ты поступил глупо и сумасбродно, однако иногда именно в этом и заключается высшая мудрость жизни. Об одном тебя прошу — впредь будь осторожнее. Случись с тобой что — и Люциус с Нарциссой этого не переживут. Уж Нарцисса-то, во всяком случае, точно. Ты ведь понимаешь это?
— Понимаю, крестный, — согласился я, наконец отваживаясь взглянуть ему в глаза — на что не решался во время всего «разноса», который он мне устроил. — Прости. Что заставил поволноваться. Сам не знаю, как так вчера получилось. Просто… Сначала был тот разговор между привидениями, который я подслушал, потом, дальше — что-то вроде расследования, разговор с Дамблдором… Все как будто вытекало одно из другого, и потом, когда Гарри предположил, что… — я запнулся, понимая, что болтаю слишком много.
Конечно, Северус всегда был доверенным лицом Дамблдора, но сколько ему известно о крестражах и прочем? Гарри упоминал, что об этом не знал никто, кроме Дамблдора и Гриффиндорского Трио, пока он не рассказал мне. Мог ли директор посвятить Снейпа? Не факт… Ладно, что я ему там наговорил? Что все вытекало одно из другого?
— Ну, понимаешь, мы сначала просто хотели проверить наши догадки, — быстро сказал я, надеясь, что он все-таки не спросит о том, что же конкретно нам все-таки понадобилось. — А потом показалось глупым останавливаться на полпути.
— Глупо было кидаться в омут головой, — фыркнул Северус. — А впрочем, чего еще ожидать от мальчишек, вроде вас. Ладно, можешь идти. Но учти, крестничек, еще одна такая выходка… и простыми отработками ты не отделаешься.
— Хорошо, буду иметь в виду, — хмыкнул я. Уже у двери крестный окликнул меня снова, и я повернулся, вопросительно выгибая бровь.
— Ты помнишь, что у вас игра с Хаффлпаффом на следующей неделе? — спросил он. Я, прикусив губу, кивнул. — Постарайтесь не проиграть, — сказал декан. — Понимаю, Хаффлпафф — не Гриффиндор, с ними играть не так интересно, но все же…
— Не продуем, не волнуйся, — кивнул я, дерзко ухмыльнувшись.
Я быстро выяснил, что моя бравада была, в какой-то степени, не совсем оправдана. Нет, летала наша команда неплохо — к всеобщему удивлению, даже у Крэба и Гойла прогресс был налицо. Однако в том, что касается какой-никакой тактики и стратегии… здесь, как говорится, еще тестрал не валялся. Я чуть за голову не схватился, когда в воскресенье мы вышли на поле. Предстояло меньше чем за неделю — игра была в следующую субботу — разработать хоть какой-то план, чтобы добиться победы. К счастью, простодушные хаффлпаффцы из своих тренировок тайны не делали, к тому же, мы в начале года имели возможность наблюдать их игру с Рейвенкло и примерно представляли, чего от них ждать. Правда, за две недели тренировок кое-как, которые прошли для меня почти незаметно, пока я был в депрессии, формы я своей не улучшил, но все равно надеялся, что смогу обыграть ловца противника — хоть и летал он лучше рейвенкловской девчонки Стил. В конце концов, в школе я уступал только Гарри, и то надеялся, что смогу все-таки исправить это упущение.
Примерно так же быстро я выяснил, что по гроб жизни обязан Блейз, за то, что она прикрывала меня в отношении обязанностей старосты, пока я хандрил. Неизвестно, как ей это удалось, но я обнаружил, что на факультете нет серьезных проблем, что меня не дожидается куча просьб от учеников, и что жизнь тихо-мирно идет своим чередом. Опять же, благодаря помощи Блейз, мое положение на факультете почти не пошатнулось — ну, конечно, тут была заслуга не только Блейз, но и Крэба с Гойлом. И тем не менее, я прекрасно понимал, что это не может продолжаться долго — надо было снова брать все в свои руки…