— Я попытаюсь, — кивнул я. — Значит, Джаред отказался принять меня даже после смерти родителей?
— Ну, полагаю, в этом есть и моя вина, — вздохнул Дамблдор. — В тот момент, как ты понимаешь, меня прежде всего занимала твоя безопасность, а так же возможность как можно скорее устроить тебя в семью. Отдать тебя твоей тете, которая, по крайней мере для своего собственного сына, казалась неплохой матерью, мне показалось более удачным решением, нежели пытаться уговорить озлобленного Джареда принять ребенка, о котором тот не желал и слышать. В тот момент я не думал, что Дурсли отнесутся к тебе так, как оно вышло на самом деле. Я надеялся, что они полюбят тебя, и полагал, что в полноценной семье, в компании двоюродного брата, ты будешь гораздо счастливее, чем у одинокого деда с непростым характером. К тому же… что греха таить, я полагал, что ранняя слава не пойдет тебе на пользу. Оставшись в Магическом Мире ты с пеленок привык бы считать себя знаменитостью — героем, спасителем, и неважно, что сам не понимал бы, что именно ты сделал. В одиннадцать лет твой характер в определенной степени уже сформировался — и ты оказался готов противостоять рухнувшей на тебя известности. Но вырасти ты с этим — и мы получили бы вместо тебя второго Драко Малфоя, каким он был, когда приехал сюда.
— Но Драко изменился! И я тоже мог…
— Драко изменился и отчасти благодаря тебе, — возразил директор. — Само твое присутствие тревожило и волновало его, подспудно он всегда брал тебя в пример. Но — будь ты таким же как он… — Дамблдор развел руками и замолчал.
— Я понимаю, — медленно кивнул я после некоторого молчания, и вздохнул. Конечно, у меня было еще, что предъявить старому волшебнику — но я прекрасно понимал, что сейчас не место и не время. В этот момент нам следовало думать совсем о другом. — Значит, вы советуете мне согласиться на неофициальную часть? — спросил я, возвращая разговор к предыдущей теме. — А что это значит?
— Ну, если ты проведешь ночь под крышей родного дома, а также коснешься зеркала рода, Родовая Магия признает тебя, и по магическим законам ты будешь уже являться частью рода и его наследником. Официальная часть подразумевает оформление всего этого юридически. И поверь мне, это значит гораздо больше, нежели просто бумажную волокиту. По сути дела, признание тебя частью рода — всего лишь первый шаг к тому, чтобы ты был признан его наследником. И даже после того, как он будет сделан, ты все еще сможешь передумать. Так что я советую тебе пойти на это. Но решение, конечно же, за тобой.
— Если я соглашусь, — проговорил я, облизнув губы, — это ведь можно будет устроить как можно скорее?
— Ты хочешь успеть обрести силу к тому времени, как начнется ритуал? Не думаю, что она тебе сильно поможет при этом, Гарри, — тихо сказал директор. Однако я едва услышал последнюю фразу. Если есть способ обрести силу, которая может хоть чуть-чуть помочь мне в борьбе с Волдемортом, то лучше с этим не медлить! Особенно, если на кону — жизни Драко и Джинни!
— Передайте профессору Потеру, что я согласен на неофициальную часть, — твердо сказал я, надеясь, что это прозвучит решительно. Дамблдор как-то устало вздохнул, прикрыв глаза, а потом, словно что-то для себя решив, кивнул, слегка просветлев лицом.
— Возможно, Гарри, твоя причина для этого согласия и не идеальна, — проговорил он, — но она неплоха — и гораздо лучше, чем можно было бы опасаться. Хорошо. Я передам Джареду Поттеру твое согласие — равно как и тот факт, что ты хотел бы, чтобы все состоялось как можно быстрее. Но в таком случае, будь готов, что уже сегодня вечером тебе, возможно, придется уехать в его дом — как минимум на сутки.
— Уже сегодня? — слегка опешил я. — А… Ну да, во вторник уже полнолуние… Но если на сутки— как же занятия?
— Давно тебя волнуют пропуски уроков? — хмыкнул директор. — Думаю, что в сложившихся обстоятельствах нам придется пожертвовать завтрашними занятиями. Уверен, ни у одного студента в этой школе завтра занятия не вызовут особенного энтузиазма.