— Гарри… — потянул меня за рукав Рон. — Гарри, пойдем! Пока Дамблдор отвлекает ЕГО, надо уходить! Ну! Чего ты застыл, идем же!
Но я, не слушая Рона, качнулся вперед, словно его слова разбудили меня, помогли стряхнуть оцепенение. Я должен увидеть это поближе! Должен попытаться… попытаться сделать что? Влезть куда меня не просят? Подставиться? Подставить директора, отвлекая его внимание?
Я присел на корточки за облезлым кустом бывшей живой изгороди, и услышал, как рядом, пыхтя, устроился Рон. Бросив мельком взгляд через плечо, я увидел, что глаза у приятеля совершенно круглые, а рот приоткрыт то ли от восхищения, то ли от благоговейного ужаса. Взгляд не отрывался от сражающихся Дамблдора и Волдеморта.
Постепенно, присматриваясь к сражению, я начал понимать, что, в общем-то, не так уж мало могу понять из того, что они делают. Конечно, по уровню и технике мне было далеко до них обоих — но я хотя бы мог понять суть их действий! Это открытие ошеломило меня, заставив удивленно приоткрыть рот. В схватке, все накалявшейся, шло в ход, кажется, все подряд — и Родовая Сила Дамблдора, и подручные стихии — от озерной воды до огненных струй и разрядов молний из воздуха. На таком расстоянии было не разобрать слов (оскорблений, зуб даю!), которыми обменивались противники — хотя, зная Волдеморта, можно было сказать с уверенностью, что уж он-то не удержит свой язык за зубами…
Мой шрам начинало покалывать. То ли зелье блокировки заканчивало свое действие, то ли близость и агрессия Темного Лорда пробивали себе дорогу даже сквозь блок, однако неприятные ощущения усиливались. Сражение казалось бесконечным, а поединщики — неутомимыми. Дамблдор обрушил на Волдеморта град чуть влажных земляных комьев, практически погребя его под слоем земли — но тот вырвался оттуда в фонтане воды, как настоящий гейзер, и, не теряя времени, обдал директора струей раскаленного пара.
— Гарри! — новый голос отвлек меня от зрелища сражения «Гигантов». Рядом со мной, хватая меня за плечи и разворачивая лицом к себе, упал на колени Сириус. Крестный выглядел таким же взъерошенным, как и Рон, и, пожалуй, потрепанным сильнее, но он был жив, и, за исключением мелких ссадин и синяков, даже невредим. — Хвала Мерлину, я нашел тебя! Ты цел? — почти крикнул он, впрочем, в шуме и грохоте магического сражения его было почти не слышно.
— Да, да, а ты как? — крикнул я в ответ. Сириус только отмахнулся.
— Я в порядке! Слушай, надо как-то дать знак Дамблдору, что пора уходить! Миссия выполнена, Джинни и твой приятель-Малфой в безопасности!
— Слава Мерлину! — выдохнул я. Нет, конечно, Рон уже говорил что-то о том же, но тогда это звучало так, будто он просто надеялся на это, или, в лучшем случае, передавал подхваченный слух. Сириус говорил, в отличие от него, уверенно, словно видел их спасение своими глазами. — Но как сообщить это директору? — опомнился я. — В поединок не влезешь! Хотя…
Мысль, пришедшая мне в голову, была почти безумной — и все-таки, что-то такое в ней было. Обычной магией мне Волдеморта не победить, и даже с ним не сравниться, это факт. Родовая Сила, может, и могла бы помочь — одна беда, я с ней еще не освоился! Ну, по крайней мере, в том, чтобы использовать ее самостоятельно, без поддержки Дрея и его подсказки. Но у меня — и только у меня! — есть еще одно оружие против этого выродка! Родство наших палочек! И пусть это не та сила, что предсказана пророчеством: ведь Волдеморту о ней прекрасно известно, и, уж если на то пошло, эта сила у нас, так сказать, вообще одна на двоих, — но это именно то, что мне сейчас нужно! Если удастся повторить тот фокус, который произошел тогда, на кладбище, пусть даже и не целиком… Вовсе не обязательно дожидаться появления призраков его жертв, и всего прочего. Мне вполне хватит и нескольких секунд, в течение которых магия Волдеморта будет просто скована связью наших палочек, пока остальные аппарируют прочь! Это же последний способ выиграть хотя бы несколько драгоценных мгновений! А что, пожалуй, это может сработать…