— Гарри, ну неужели ты не понимаешь, что я чувствовала все то же самое? Что мне неважно, что со мной будет, если что-то случится с тобой! Ну… Ну поставь себя на мое место, в конце концов! Неужели ты отпустил бы меня в битву одну, как бы я ни просила тебя остаться?
— Но это совсем другое! — возразил Гарри, но он уже не казался таким разгневанным и оскорблено-недоступным, как раньше. Он судорожно сглотнул и прикусил губу на мгновение. — Ты же… Ты же девушка, в конце концов! Это Я должен защищать тебя!
— А мне казалось, ты не подвержен штампам, — вздохнула я. — Ты не сможешь охранять меня вечно, Гарри. А это… эта война не кончится, пока ты не победишь Волдеморта. Ведь только ты можешь это сделать. А пока он жив — битвы не кончатся. И что ты будешь делать, когда настанет та, в которой будут вынуждены участвовать все, и не останется безопасного угла, где ты мог бы спрятать меня!? Да вот хотя бы сейчас, если он нападет на школу — участвовать должны будут все, кто хоть как-то держит палочку!
— Да, но… Это другое дело, — покачал головой парень. — Когда битва вынужденная — это одно, а допустить тебя в сражение по собственной воле — это совсем другое! Я…Ну как ты не понимаешь, я не могу подвергать тебя опасности!
Я вздохнула, и осторожно коснулась его груди раскрытой ладонью, склонив голову и почти коснувшись лбом его плеча. Мерлин, как же это трудно!
— Я понимаю тебя, — медленно проговорила я. — Но… Дело ведь сейчас не только в нас самих. Кто может чувствовать себя в безопасности, когда всему Волшебному Миру — да и не только Волшебному! — угрожает этот красноглазый психопат? Но… Если ты… — Я сглотнула. Каждое слово давалось с огромным трудом, и решиться на это было невероятно трудно и больно — но другого выхода не было. — Гарри, если ты хочешь девушку, которая будет тихо отсиживаться в углу, пока ты рискуешь головой… которая будет ждать тебя и только гадать, повезет ли тебе выжить в очередной раз и справишься ли ты со своей задачей — то… То это — не я.
Казалось, мир замер вокруг нас. Ночная тишина, окутавшая деревню, вдруг показалась полной и абсолютной. Минуту, показавшуюся вечностью, Гарри молча смотрел мне в лицо — лицо Дафны, черт бы ее побрал! — осознавая, что означали мои слова.
— Ты… Ты хочешь сказать, что ты… бросаешь меня? — наконец выдавил он, словно сам не веря своему голосу. Я, сглотнув, снова на миг прикрыла глаза, борясь со слезами — и снова проиграла борьбу.
— ТЫ мне скажи, — отозвалась я, и голос прозвучал хрипло от сдерживаемых рыданий. — Если ты все еще настаиваешь, что не можешь позволить мне быть рядом с тобой в сражении, то… Я не могу принять этого. Я… Пойми, я все равно не останусь в стороне. Но если тебе будет легче, что при этом я не буду больше твоей девушкой, то я… Я пойду на это. Ты можешь убить Волдеморта — но нигде не сказано, что только он может убить ТЕБЯ. В отличие от него, ты уязвим и смертен. И хочешь ты этого или нет, я буду защищать тебя. Любой ценой. Даже ценой своего счастья.
Может, речь и прозвучала излишне пафосно — но в тот момент это меня не интересовало. Я чувствовала сердцем каждое слово, и я действительно была готова к тому, чтобы оборвать наши отношения, как бы больно мне ни было. Жизнь Гарри куда важнее моей боли. Слезы уже беспрепятственно катились по моим щекам, и я то и дело смаргивала их, чтобы видеть его лицо. Растерянный, обескураженный, Гарри смотрел на меня полным боли взглядом, и по его лицу как по открытой книге можно было прочесть все терзающие его противоречия.
— Разрыв не поможет, — хрипло, как и я сама, проговорил он наконец. — Ты сама говорила это тогда, в «Трех Метлах». Ты ведь помнишь это?
— Когда вернулась из Норы, после нападения на «Ночной Рыцарь», — кивнула я. — Но сейчас ситуация другая.
— Нет, — помотал головой Гарри. — Не другая. Твой парень или нет — я все равно люблю тебя. Разрыв — не разрыв, это ничего не изменит. Но… Блейз, я умоляю тебя, не проси меня спокойно смотреть на то, как ты подвергаешься опасности! Я этого не вынесу!
— Гарри, сейчас мы все в опасности, — всхлипнув, возразила я. — Любого за углом может подстерегать очередная дафна с портключом. Не проси меня оставаться в стороне, когда я могу помочь. И кстати, по-моему, я сегодня доказала, что могу постоять за себя, разве нет? Дамблдор первый понял это…
— Он ведь знал, что ты была в группе, да? — тихо спросил он. Я, не находя слов, кивнула. Гарри помолчал, а потом, протянув руку, медленно привлек меня к себе. — Мерлин, Блейз, я чуть с ума не сошел, когда понял, кто эта мулатка, которая мне помогала! Я ведь все бросил и кинулся искать тебя!
— Могу себе представить… — пробормотала я, уткнувшись лицом в его плечо. Однако к моему неудовольствию, Гарри скоро отстранился.