— Хм, — нахмурился министр, одарив Поттера недовольным взглядом. — Неужели вам необходимо все время пребывать в оппозиции, мистер Поттер? Вы будто чувствуете себя не в своей тарелке, если вдруг ваши взгляды не идут в разрез со взглядами Министерства.
Гарри пожал плечами, и, взойдя на возвышение, остановился у противоположного от Скримджера конца стола, словно действительно противопоставляя себя ему. Его внимательный взгляд не отрывался от министра, брови сдвинулись вместе.
— «Дрей!» — позвал вдруг его мысленный голос, и я чуть на месте не подпрыгнул от неожиданности. С какой стати ему вдруг приспичило пообщаться? Я думал, у него разговор, так сказать «на высшем уровне», так какого боггарта он на меня отвлекается? С другой стороны, в таких обстоятельствах это не может быть пустая праздная болтовня…
— «Гарри, что?» — осторожно отозвался я, стараясь не подавать виду, что между нами происходит диалог. Благодаря мыслесвязи я ощущал, что напряжение внутри Гарри растет, он незаметно прикусил губу, одновременно пытаясь ответить министру спокойным, ледяным взглядом.
— «Слушай, может, у меня действительно паранойя, но мне кажется почему-то, что… Что тут что-то нечисто…» — в мысленном голосе Поттера, в отличие от всего его облика, сквозило сомнение и неуверенность.
— «Не тебе одному кажется», — мрачно отозвался я. — «Впрочем, думаю, министерство просто хочет прибрать школу к рукам, и…»
— «Да знаю я все эти твои соображения!» — перебил меня Гарри. — «Я о самом Скримджере. С ним что-то не так».
— «В каком смысле?»
— «Ну… Не знаю, может, ерунда, но… Он на прошлое Рождество подкатывал ко мне с этим… Ну, в смысле, с предложением сделать вид, что я поддерживаю политику Министерства, и все такое. А я знал, что Дамблдор его не очень одобряет, ну и послал его. Ну, не в смысле, чтоб прям послал, но сказал, что пока он сажает невиновных, нам с ним не по пути.»
— «Так, ну и что?» — я еле сдержался, чтобы не пожать плечами. — «Он вроде как перестал сажать всех подряд, или нет?»
— «Дело не в этом. В том, как он говорит. Может, конечно, все это фигня, но… В прошлый раз он все порывался называть меня «Гарри», и перейти на этакий, доверительно-отеческий тон. А сейчас… «Мистер Поттер», «мистер Поттер»… Такое ощущение, что я со Снейпом разговариваю, если не хуже».
— «То есть, дай уточню: ты это из-за того, что он к тебе не так обратился?» — спросил я, не сумев сдержать легкой насмешки. Однако Гарри этого будто и не заметил.
— «Не только», — неохотно ответил он. — «Просто, тогда — еще и из того, что говорил Дамблдор — было понятно, что за мою поддержку Скримджер джигу бы перед всеми сплясал, если б я его попросил. А сейчас он что-то не горит энтузиазмом, да и уговаривать не торопится. Если б я сам об этом не заговорил, не факт, что он бы вообще вспомнил эту тему. Да и вообще… Мерлин, не знаю. Что-то в нем есть странное. Черт… не могу понять, в чем дело. У меня такое странное чувство, когда я на него смотрю — как будто голову ватой набили…»
— «Странное, говоришь?» — В обычных обстоятельствах я не удержался бы от ехидства и колкостей, но чем дальше, тем больше я был с ним солидарен. По отдельности все детали и мелочи ничего могли не значить — но вместе составляли кусочки мозаики, пока еще не сложенной, но… Мой взгляд остановился на Кингсли, который приблизился к камину, за спиной у Северуса. Взгляд Шеклболта снова был стеклянным — и я впервые подумал, а усталость ли тому причиной? И вообще, слабо верилось, что аврор такого класса мог устать настолько, что был не в силах удержать концентрацию внимания. Ну, или раз уж он так утомился — почему не пойдет в Танцевальный зал и не выспится? Все равно ведь он не на дежурстве!
Сердце железными оковами сдавила тревога. Да полно, проверял ли кто-нибудь этих авроров и министра на предмет подлинности, или свободы от всяческих заклятий? Войти на территорию с враждебными намерениями, вроде, нельзя, благодаря защите… Но защита ослаблена, немножко самоконтроля и Окклюменции — и обмануть ее ничего не стоит! Я мигом окинул взглядом зал — и похолодел, точно на меня вылили ушат холодной воды. Случайно ли авроры Скримджера оказались за спиной у каждого из наших людей, заключая членов Ордена в кольцо? Что тут затевается — осуществление предательского плана Волдеморта, или попросту министерская акция по взятию Хогвартса под контроль?
Прежде, чем я успел пошевелиться, вскрикнуть или хотя бы направить мысленное сообщение Гарри, откуда-то издали, сверху, донесся, отвлекая практически всех присутствующих, мелодичный звон колокола. Часы на часовой башне Хогвартса неторопливо, степенно отсчитали двенадцать ударов и смолкли. Полночь.