— Отойди, говорю! — повторил он. Я отступил на шаг, оказавшись за спинкой директорского кресла.
— Что ты… — снова начал я, но закончить не успел.
— Бомбарда! — Драко щелкнул пальцами — раздался оглушительный грохот, воздух наполнился пылью и древесной трухой.
Когда пыль немного рассеялась, я с ужасом воззрился на останки того, что некогда было рабочим столом Дамблдора. Мерлин милосердный, да это же не восстановить никакими Репаро! Столешница — единственное, что не превратилось в щепки, — была расколота надвое и обуглена. Драко — невозмутимый, как сфинкс, загадывающий загадку, — наклонился, рывком приподнимая одну из половинок, и, перевернув, позволил ей упасть на ковер. Когда он наклонился ко второй, я, наконец, обрел дар речи.
— М… Малфой, ты спятил! — воскликнул я. — Ты… Ты разнес стол Дамблдора! Ты… Да ты хоть понимаешь…
— Ой, Поттер, остынь, не мечи икру, — поморщился Драко. — Не обеднеет твой директор без своего стола. Где у него тут эти чертовы крестражи?
— Уфффф… — выдохнул я. — Ну ты даешь…
— Заткнись и помоги лучше!
— Ладно, — согласился я, запоздало решив, что сделанного не воротишь. Наклонившись — так что мы чуть не столкнулись лбами, — я тоже начал шарить среди щепок, высматривая останки медальона или кольца. Я не очень представлял себе, что осталось от диадемы, да это было не так уж и важно. Удача нам улыбнулась, когда мы разворошили третий по счету ящик. Серебристая, покореженная и оплавленная полоса, видимо, и была останками легендарной реликвии Рейвенкло. Разрубленные половинки медальона, обмотанные цепочкой, и кольцо с расколотым камнем валялись среди бумаг и обломков рядом с ней. Вытащив все это и стряхнув пыль, мы выпрямились, рассматривая лежащие в наших соединенных ладонях обломки чужого безумия.
— Ты или я? — спросил я, подразумевая, кто из нас двоих будет применять поисковые чары. Драко понял без дальнейших пояснений.
— Давай я, — ответил он. — А ты позаботься об оружии.
— А чего о нем заботиться, — фыркнул я, оборачиваясь к стеклянному ящику с мечом Гриффиндора. — Вот оно. Блин, с тобой поведешься… Я себя чувствую каким-то вандалом, — пожаловался я.
— Это еще почему? — хмыкнул Малфой.
— Да вот поэтому! Редукто! — буркнул я, ткнув палочкой в направлении ящика. Осколки стекла градом посыпались на пол.
— Я точно на тебя плохо влияю, — покачал головой Драко. — Никакого уважения к чужой собственности.
— Ну, начнем с того, что чья эта «собственность» — это вопрос вообще спорный, — заметил я. — Это ведь я достал этот меч из шляпы, значит, кое-какие права на него у меня тоже есть.
— Угу. И если о крестражах забыть — на кой он тебе сдался, ты. собственник? — поинтересовался Дрей.
— Хм… Твоя правда. Я с трудом один конец от другого отличаю… — нервно хихикнул я. — Кстати, что наводит меня на мысль, что взять его должен ты. Чемпион ты или нет?
— Гарри, а тебе не кажется, что слизеринец с Гриффиндорским мечом — это извращение какое-то? — скептически поинтересовался он.
— А по-моему, это — символ единства факультетов, — возразил я, протягивая Малфою меч. — Ну чего застыл? Бери, бери!
— Ну… Ау! — едва коснувшись металла, Драко вскрикнул, и отдернул руку, дуя на пальцы.
— Что? — всполошился я. Если он поранился по моей глупости…
— Кажется, «символа» не получится, — пробормотал Малфой, рассматривая свою пострадавшую конечность. Он коснулся клинка только кончиками пальцев — но этого хватило, чтобы они покраснели, точно от ожога. — А ножичек-то — с хара-а-а-а-актером… — заметил он. — Кажется, я ему не нравлюсь. А может, ничего личного, просто он не принимает никаких других рук, кроме гриффиндорских…
— Вот только не надо мне рассказывать, что я какой-нибудь наследник Гриффиндора и иже с ним! — рассердился я. Как-то на одном из младших курсов Дин предполагал нечто подобное, и они с Симусом, наверное, с месяц доставали меня моей родословной и разного рода предположениями.
— Поооотер! — Драко «возвел очи горе». — Сколько раз повторять, любой мало-мальски чистокровный идиот может себя называть наследником хоть Гриффиндора, хоть Мерлина, хоть… — да хоть Гренделя[9], если угодно, — и будет отчасти прав! Я имел в виду — принадлежность факультетов. Ну, ты знаешь — характер, отвага и все прочее в том же духе. Плюс, все-таки, пребывание на факультете само по себе накладывает свой отпечаток. И не надо, пожалуйста, мне десятый раз рассказывать, как тебя чуть не отправили в Слизерин. Выбор предлагают многим, и когда он сделан, он уже тоже определяет и характер, и человека.