— Да там чего только не было… — пробормотала я. — Ты права, ведь можно… Я сейчас!
Бросившись назад, в кабинет мадам Помфри, я выволокла оттуда столик, на который расставляла разобранные зелья. При виде них леди Малфой одобрительно кивнула.
— Поппи, а в вашем арсенале не найдется средств, которые можно превратить из лекарств в… В что-нибудь, пригодное для сражения? — осведомилась она у мадам Помфри. Та нахмурилась.
— Лекарства должны помогать — а не калечить! — проворчала медсестра, недовольно пождав губы, однако недовольство ее было скорее данью профессии, нежели действительно осознанным протестом. — Ладно, вы правы, — пробормотала она тут же, с тяжелым вздохом. — Если не пожертвовать частью зелий, лечить может оказаться некого, — добавила она, и, словно принятое решение придало ей сил, горделиво выпрямилась. — Думаю, я найду то, что нам нужно.
— Отлично, — кивнула Нарцисса. — Джинни, тебе, насколько я помню, нужно по возможности, воздерживаться от активности. Будь добра, побудь наблюдателем. Если заметишь, что Пожиратели возвращаются, предупреди нас. Поппи, несите свои зелья! Блейз, Гермиона — помогите мне. Нужно разобраться, что здесь к чему.
Деловитость леди Малфой оказалась донельзя заразительной. Мы в два счета рассортировали зелья, за которые я до этого не хотела и приниматься. Потом — осторожно, стараясь не потревожить раненных, сдвинули кровати к противоположной стене, поближе к выходу, чтобы удобнее было эвакуировать пациентов в случае необходимости. Как оказалась, эта предосторожность впоследствии спасла не одну жизнь.
Тяжелый металлический грохот, донесшийся с улицы, заставил замереть нас всех, — всех, кто находился в тот момент в палате. В первый момент я и предположить не могла, что могло его вызвать. Может, рухнула часть замка? — мелькнула дурацкая мысль, но сердце сжалось. Однако в звуке ясно слышен был лязг металла, значит, это не грохот разрушенного каменного строения. Тогда — и эта мысль была немногим лучше предыдущей, — выходит, это рухнули боковые ворота?
Лязг повторился — правда, уже не так громко, и мое воображение услужливо нарисовало, как неведомая сила подхватывает упавшую половинку ворот и отбрасывает в сторону, освобождая проход. А потом — словно для того, чтобы доконать нас окончательно — раздался новый звук. Все приближающийся топот множества тяжелых ног.
— Мерлин, спаси и помилуй! — охнула Джинни. Ее и без того бледное лицо в лунном свете казалось мертвенным, глаза распахнулись чуть ли не в пол-лица от ужаса. Звук ее голоса словно разрушил оцепенение, сковавшее меня, и я в два шага пересекла разделяющее нас пространство.
Лунный свет, окончательно освобожденный от облачного покрывала, заливал лужайку и серебрил дальний конец озера. И в этом свете я увидела пять или шесть гигантских фигур с огромными дубинками на плечах, быстро приближающихся со стороны боковых ворот — ну или того, что от них осталось.
— Великаны… — пробормотала я вмиг пересохшими губами. В душе зародилось что-то похожее на отчаяние: против этих тварей даже самые едкие зелья почти бесполезны. Разве что те, что мгновенно испаряются и отравляют на вдохе — но таких у нас, как назло, раз-два и обчелся. И — что еще хуже — почти никакие чары их тоже не берут. Даже Хагриду — даром, что он полукровка, — целый пяток Оглушителей был по барабану. А об этих и говорить нечего. Думаю, тут даже Авада не у всякого мага сработает. Моих силенок на такую точно не хватит…
— Мда, наши пузырьки им — как комариные укусы, — пробормотала Нарцисса, замершая у следующего окна. — А впрочем, все равно, надо попытаться. Если мы сможем хотя бы ненадолго задержать и отвлечь их, это уже может сильно помочь остальным. А ну-ка, девочки, приготовились! Цельтесь в глаза, нос, в уши — вообще в любые чувствительные части тела. Попадете в рот — вообще прекрасно… Зелий не жалеть!
В одном моя приемная матушка оказалась права: даже самые сильные зелья способны были повредить великанам не больше, чем укусы комаров или мелких мошек. Дозы в пузырьках, рассчитанных на человека, для этих гигантов оказались слишком слабыми. Впрочем, кое-чего мы все же добились: как и говорила леди Малфой, великаны совершенно забыли о своей первоначальной цели, какой бы она ни была, когда из окон больницы на них обрушился настоящий град из жалящих пузырьков. Комариные укусы — вещь хоть и неприятная, но терпимая, конечно, — но не тогда, когда вас атакует целый комариный рой. Тут волей-неволей будешь или отмахиваться, или искать укрытие. В первый момент великаны инстинктивно отступили — а мы, воодушевленные успехом, удвоили старания, тем более, что чары левитации позволяли швырять пузырьки с большой дальностью и точностью.