Сейчас читать совершенно не хотелось. С одной стороны из-за Дегенки с пацанами, а с другой — из-за отца. Его никогда не было дома. Он объяснял, конечно же, все это нехваткой времени и большим количеством работы, но Тёмка не хотел верить. Он ещё не простил отцу переезда, который, как снег на голову, после смерти матери свалился на мальчика. Пришлось рвать общение с друзьями, входить в новое, незнакомое общество... Слова, что все делается для блага мальчика, так как отношения Вегана и Оккервиля обострились, не возымели на Тёмку никакого действия.
Делать было совершенно нечего. Читать не хотелось, есть тоже, а о том, чтобы пообщаться со сверстниками — тем более разговора не было, поэтому Тёмка не придумал ничего лучшего, как пойти погулять. Он вновь натянул старенький пуховик, вязаную шапку и выскочил на платформу.
Определив по шуму, где больше народа, он побрёл в противоположную сторону, где тишина могла успокоить его.
Один из туннелей, ведущих в сторону Дыбенко, был заброшен, в отличие от остальных, не охранялся и не освещался, да и рядом никто не шатался. Тишина здесь была максимальная. Нет, конечно, звуки доносились из других концов станции, но как-то тускло, еле различимо.
На краю платформы лежали какие-то доски. Тёмка уселся на них и стал всматриваться в темноту, которая буквально в паре метров становилась настолько непроницаемой, что взгляд в ней буквально утопал. Одиночество здесь ощущалось с удвоенной силой и заставляло мысли снова и снова возвращаться в прошлое.
Мальчик сидел так довольно долго, пока не увидел её. Девочку, примерно его возраста, одетую в клетчатое пальтишко, тёплые выцветшие колготки и странную шляпку с бантами и лентами, из-под которой выбивались тоненькие косички. Она явно думала о чем-то своём — личико отстранённое, блуждающий взгляд.
Не обращая внимания на Тёмку, она подошла к краю перрона, спрыгнула на пути и зашагала прямиком в тёмный туннель.
— Ты куда? — вырвалось у мальчика. Он был очень удивлён, что девочка бродит по запретным местам вот так запросто, без взрослых. — Туда же нельзя!
Девочка замерла, потом обернулась, долго рассматривала Тёмку, а затем тоненьким голоском вопросила:
— Кто сказал?
— Так это... — Тёмка не нашёлся, что ответить.
— Кто тебе сказал, что туда нельзя? Не сам же ты это придумал.
— Слушай, — вздохнул мальчик, — ну все же знают, что нельзя ходить в темноту без взрослых.
— Все страньше и страньше, — девочка пожала плечами и достала что-то из кармана пальто. — Какая темнота, если у меня фонарик есть?!
— Все равно нельзя! — упрямо насупился Тёмка. — Туннели опасны, особенно для детей.
— Этот нет, — прервала его девочка, замотав головой, отчего ленточки на шляпке слегка зашелестели при движении. — Я его вдоль и поперёк исходила. Там дальше завал. И никакой опасности нет. Зато...
— Как это нет? — воскликнул Тёмка. — А завал? А если ещё будет?
— Не-а, — серьёзно ответила девочка. — Не будет. Мне синяя гусеница сказала.
— Кто? — мальчик почувствовал, что перестаёт что-либо понимать. — Ты можешь придумывать все, что угодно, но там опасно. Папа всегда говорит...
— Как хочешь, — фыркнула девочка. — И вообще, нет у меня времени объяснять. Мне к друзьям надо. — С этими словами она развернулась и лёгкой походкой зашагала в туннель, освещая механическим фонариком дорогу. — Если все-таки решишь посетить нас, — бросила она, не останавливаясь, — то тут недалеко. И совсем не опасно, как бы «все» об этом не говорили.
Сказать, что девочка странная, — ничего не сказать. Тёма помялся некоторое время, думая, не позвать ли кого-нибудь из взрослых, выдал:
— Блин! — и бросился вслед еле видному уже отсвету фонарика. Тёмка не мог себе позволить потерять единственного знакомого на этой станции, говорившего с ним более-менее дружелюбно. Кроме того, она в чем-то права. Ведь этот туннель, в отличие от других, совсем не охранялся. Скорее всего, взрослые действительно не считали его опасным.
— Постой! Не гони так, — проговорил он, запыхавшись, когда поравнялся с девочкой. Тёмка с опаской смотрел на стены туннеля, еле освещённого лучом фонарика. Местами изрезанный ржавчиной металл тюбингов, порванные провода, свисающие до бетонного пола, и изогнутые трубы.
— Я и не гоню, — с улыбкой ответила девочка. — Это ты куда-то торопишься. Я бы все равно далеко не ушла — туннель не бесконечный. Ещё чуть-чуть, и придём.