— А вы знали, что Тиливиэль Сиэль не настоящая эльфийка?
— Я пытался вычислить всех помощников Делса. Но я только узнал, что он стоит во главе какой-то шайки, а Сиэль была его правой рукой, но среди них, — начальник ткнул пальцем за стенку, указывая на других работников управления, — есть ещё его глаза и уши.
— Нет, Делс пешка, — высказала Василиса свое мнение вслух, и заметила, как начальник напряженно дернулся. Так же не ускользнуло от нее и то, что начальнику «не настоящая эльфийка» — сказало о многом, только он решил не заострять на этом внимание. — Филис недостаточно умен, чтобы стоять во главе чего-то. Я больше недели продержала его без еды и питья, а он и слова лишнего не проронил. Это психология преданного пса. Был бы он главой, то, как минимум, подался бы разводить демагогии о сущности своего бытия и о том, какой он умный и крутой, и кто под ним подвязан. Главы — они такие разговорчивые… Любят потрещать о своих планах, как птички заливистые, и лишь исполнительные и надежные пешки мужественно хранят молчание.
— Пока тебя не было, я успел забыть какая ты умница, — с интересом уставился на нее господин Слайши. — Вот только… Я искренне считаю, что жертвовать такими кадрами как ты не имею права. Ты слишком много перенесла за последние месяцы, даже годы. Тебе нужен отпуск, длительный.
— Я уже говорила, что не надо, — улыбнулась Василиса. — Обойдусь.
— Ты вышла замуж, — подметил он ее тату-рукава. — Как же медовый месяц?
— Еще успеем.
— Если ты будешь так рисковать собой, то уже никуда не успеешь, а сейчас ты должна отвечать не только за себя, но и за того, кто тебе дорог. Тео Салер не выглядит тем, кто способен себя защищать.
— Вы его плохо знаете, — ответила на это Василиса, даже не зная как ей принимать все его слова. Это забота или угрозы?
— И неужели любой риск оправдан? Ты действительно готова пожертвовать своим мужем? — холодно и серьезно спросил он.
«Пошли-ка ты его подальше! — услышала Василиса голос мужа, она и забыла, что в ухе осталась прослушка, и они могут переговариваться. — Задолбал давить на тебя! Можешь сказать ему, что если я сейчас подорвусь — он тут же ляжет! А то ишь… Давит он на тебя!.. Сейчас если я надавлю так он, как прыщ, лопнет за секунду!»
Василиса улыбнулась на слова Тео. Стало так смешно, что она не сумела сдержать смешок. Для начальника, который не в курсе, что она не одна это выглядело как минимум странно.
— Эмм… Боюсь, что могу понять вас неправильно. Но вы мне угрожаете, господин Слайши?
— Нет, что ты. Я прощупываю почву!
«Что он там прощупывает?! Сейчас я его так пощупаю, что он потом до конца жизни сидеть не сможет! Вот же гнида какая!» — ругался муженек.
— А еще я проверяю твою преданность делу, — добавил Мотарий. — Ты слишком самоуверенна, Василиса. И совсем не умеешь делать выводы. Для таких амбициозных дурочек это плохо заканчивается. Никто в управлении, ни одна душа, не знала кто такая Тиливиэль, и это чудо, что ты, твой муж и его работница остались в живых. Ты это понимаешь? Осознаешь до конца?
— Да. Осознаю.
— А я вот искренне сомневаюсь, иначе сидела бы сейчас у палаты мужа и стерегла бы и его, и его девчонку!
— У меня есть, кому за ними присмотреть. Не беспокойтесь.
— Уверена, что можешь доверять тем, с кем оставила своих близких?
— Да, — ответила Василиса. — Уверена.
— Что ж… Хорошо, — вновь как-то странно усмехнулся Слайши. — Именно на такой ответ я и рассчитывал. Присядь, Василиса, разговор у нас будет долгим.
Когда Василиса присела, Мотарий рассматривая ее с ног до головы, серьезно произнес:
— У тебя какое-то свечение из правого уха. Прослушка?
«Вот же гад внимательный», — подумала Василиса. Она была уверена, что закрыла все волосами, и ничего не видно, а он все равно заметил.
— Да, — не видела она смысла врать. — Доставать не буду.
— Нас слышат надежные помощники? Ты им полностью доверяешь?
— Да.
— Тогда я не буду настаивать, — сказал Мотарий, и добавил: — Ты ведь хорошо помнишь своё расследование по делу Клодбера?
— Да, — кратко и спокойно ответила она.
— Значит, должна помнить анонима, который постоянно снабжал тебя сведениями о том, где этот преступник прячется.
— Вы так прозрачно намекаете на то, что мой аноним вы? — спросила Василиса.