– Ник, если мне не изменяет зрение, я брюнетка. И для роли твоей "жертвы" определённо не подхожу, – холодно бросила я через плечо.
Игнорируя его усмешку, я попыталась отвлечься от соблазна. Стало душно; потому я, взяв в зубы резинку для волос, собрала свои кудри в пучок, оставляя шею открытой. Я уже хотела было идти, как нечаянно заметила взгляд Ника. Он смотрел на мою шею с таким вожделением, что всё моё тело пробирала мелкая дрожь. Казалось, он уже рисовал в своих мыслях, как покрывает мою тонкую шею своими поцелуями. Мысли в моей голове закрутились нескончаемым потоком. Перехватило дыхание. Мы встретились глазами.
– Оливия, Николас! – прозвучал голос матери.
Он привёл меня в чувство первой, потому я, воспользовавшись моментом, ускользнула от Ника и юркнула в дом.
Переполненная гостиная оказалась пустой. Я поспешила в поисках матери, но тут меня догнал Ник.
– Лив, постой, – хрипло проговорил он, хватая меня за локоть.
– Я прошу, оставь меня в покое, Ник. Кажется, мы давно всё выяснили.
– О! Вот вы где. Мисс Мэтьюз, мистер Беннет, ваша комната уже готова, – дружелюбно проговорила вошедшая Доррис.
– Наша? – в один голос воскликнули мы.
Женщина нахмурила лоб, скептически оглядела нас и произнесла:
– Миссис Кендалл утверждала, что вы друзья детства. Видите ли, ещё не все комнаты до конца приведены в надлежащий вид. Поэтому остаётся только одна. Прошу простить меня, если причиняю вам неудобства.
– Но Доррис! Где же тогда спит Эвелин? – взволнованно отозвалась я.
– О, младшая мисс Беннет плохо себя чувствует, у нее а... акклиматизация. Она уверяла меня, что вы будете только рады, ведь видитесь вы редко, поэтому мы и разместили её в отдельной комнате.
Я нервно засмеялась, отчего Ник вновь расплылся в довольной улыбке, а радушная Доррис часто заморгала. Смех сменился паникой, и я отчаянно схватилась за голову, поднимаясь наверх.
– Спасибо вам, милая Доррис, у мисс Мэтьюз просто сложный день, простите её, – услышала я мягкий тон Ника, доносящийся снизу, а затем и его шаги по лестнице.
Пребывая в приподнятом настроении, парень влетел в комнату вслед за мной. Наша комната оказалась очень просторной и милой. Её дизайн, как и у всего коттеджа, был выполнен в коричневых оттенках с различными мехами и кожей. Двуспальная кровать стояла в самом центре комнаты, но больше всего захватывал вид из окна: горы и склоны, леса и небольшое озеро. Панорамные окна от пола до потолка украшали весь коттедж, делая его уникальным.
Ник скинул сумку на пол и без приглашений плюхнулся на кровать. Я смерила его возмущённым взглядом.
– Надеюсь, ты ещё помнишь, что ночью я стягиваю одеяло? – ухмыльнулся он.
– Кто тебе сказал, что мы будем спать вдвоём? Гостиная ждёт тебя, Беннет, – проговорила я и, взяв его сумку, поволокла её за дверь.
Он тут же подскочил ко мне и приблизился вплотную. Я нервно сглотнула. Это не было хорошей идеей.
– Что-то ты раскомандовалась в последнее время, Мэтьюз. Не желаешь спать вдвоем, сваливай на кушетку. Лично меня всё устраивает.
– Куда же испарился тот джентльмен, которого мне так нахваливала когда-то мама?! Ни за что, Ник! Я буду спать в кровати одна.
– Зато мелкий командир в юбке остался. Точь-в-точь как в детстве, разве что только грудь выросла, – нервно отозвался Беннет, не сводя с меня глаз.
– Ты... – Я задыхалась от злости и близости. – Ты просто самодовольный осёл!
– Мелкая эгоистка, – улыбаясь, парировал он.
Напряжение между нами росло, и я снова чувствовала на своих губах его прерывистое дыхание. Какая это мучительная пытка – чувствовать его в сантиметре от себя! В порыве отчаяния я замахнулась рукой, желая отвесить ему пощёчину, но, перехватив мою руку, он больно сжал запястье и поднял его над моей головой. А затем... резко впился в губы. Рассудок помутился. Я чётко ощущала лишь одно: его приятный, знакомый аромат, сильные, уверенные руки и желание, что пронзало нас обоих с неведомой силой. Эти самые руки блуждали по моему телу, позволяя себе слишком много, слишком... Развязно и грязно. Но, как ни странно, для меня в эту минуту это было самым великим удовольствием. Чувствовать его везде... Будто тряпичная кукла, я выгибалась под его руками, пальцами и губами. Языком он провёл по пульсирующей венке на моей шее, отчего из моих губ сорвался сладкий стон. Его указательный палец коснулся моих губ, призывая быть тише. Ник жадно смотрел на меня, скользя пальцем по припухшим от поцелуев губам. Карие глаза превратились в чёрные, всё темнея и темнея от желания. Поддаваясь инстинкту, я коснулась кончиком языка подушечки его пальца. Ник шумно выдохнул, всё так же пристально наблюдая. Мы остервенело принялись раздевать друг друга трясущимися пальцами, неловко цепляясь за одежду. Пуговицы его рубашки рассыпались по полу, словно бисерины, отскакивая в разные стороны. Моё платье было до неприличия поднято вверх. Я прислонилась к входной двери, когда сквозь дикое возбуждение меня вдруг осенило. В голове поселился план, лишающий нас обоих наслаждения, но спасающий меня от раскаяния за необдуманный поступок. Я насладилась его последним прикосновением к моему телу и тихо прошептала: