Когда ворота с тяжёлым скрипом распахнулись перед гостьей, десятник уже занял стратегическую позицию возле жаровни посреди двора и попытался изобразить на лице высокое вдохновение. Ветераны похрюкивали от смеха, пряча лица, молодые бойцы предпочитали подойти поближе, чтобы не пропустить продолжение спектакля.
Девушка невозмутимо прошла к центру двора и ловко накинула цепочку-поводок на одну из ножек жаровни. Виль расплылся было в улыбке, но гостья спокойно развернулась и двинулась ко входу в крепость. Пожалуй, с тем же результатом она могла привязать свою собачонку к самому десятнику.
— Стой! — Злобно рявкнул Виль, мгновенно теряя весь напускной лоск. Он мог ждать оскорблений, злости, скрываемого раздражения — но не безразличия. — Куда!? Какого… привязала шавку к священной жаровне!?
— А вдруг здешний хозяин боится собак? — Невозмутимо оглянулась девчонка.
— Боится! А ещё не любит острых вещиц и незваных гостей! Так что, если хочешь получить аудиенцию, то сложи всё оружие, и подожди сопровождающих. Да и обыскать не помешает, для верности.
Десятник ринулся к девице, явно намереваясь обыскивать лично, для верности. Сейчас, когда на его стычку с юной колдуньей смотрел весь гарнизон, Виль просто не мог отступить, чем бы это ему не грозило.
Девушка отреагировала немедленно. Просто сорвала нож вместе с ножнами с пояса и швырнула в лицо приближающемуся десятнику. Лицо тот успел уберечь, в последний миг заслонившись руками, но невольно остановился.
— Держи, не порежься, герой! И сопровождать, должно быть, сам собираешься? Не только шут, но и камердинер? А на счёт обыска… Что ж, вперёд. Только готовься, когда я договорюсь с хозяином, он не будет возражать, если я расправлюсь с неким наглым мерзавцем.
Виль отёр губы, разбитые собственным боевым браслетом и ответил тихо и очень спокойно:
— Пожалуй, я потерплю до вечера. Хозяин тоже недолюбливает наглых ведьм. Я навещу тебя в камере, когда он уже запечатает твою силу. И приведу с собой друзей.
Девушка рассмеялась так весело и искренне, как будто десятник сделал ей необычайно приятный комплимент.
По закону подлости, сопровождающими оказались Мунь и Тив. Десятник заявил, что они первыми увидели эту напасть, и их мнение может оказаться важным для хозяина. Заслуженные завтрак и сон опять откладывались.
Уже перед самым уходом, девушка потрепала за уши собачку:
— Не скучай, зубастик. Если решишь кого загрызть, начни с этого начищенного чайника, ладно?
На этот раз смех даже не пытались скрывать. Колдунья оставила-таки за собой последнее слово. Смеялся даже сам Виль, возможно, только что получивший новое прозвище. Вот только Тиву очень не понравился взгляд собаки — слишком осмысленный, ненавидящий. И слишком уж она молчалива.
Стражники провели девушку к апартаментам хозяина. На двери светился предупреждающий знак запрета. Может быть, хозяин и правда проводил какой-то опыт, а может, просто решил поиздеваться над незваной гостьей, но аудиенция откладывалась. Удобств для ожидающих в коридоре не предусматривалось.
Тив, уставший до полного отупения, присел на корточки чуть в стороне и без особого интереса слушал беседу девушки с ветераном.
— Не ходила бы ты к нему, дочка, хозяин не шибко любит других магов.
— Я знаю. Вообще-то только полный бездарь заключит договор со стихией и станет её слугой. Стихийные боги вечно воюют между собой, и смертным в их дрязги лучше не вмешиваться. У вашего хозяина нет будущего. Сегодня он почти всесильный жрец огня, искореняет приверженцев иных стихий, а завтра — просто пепел.
— Ну, с нами-то понятно. Мы не маги, а платит он хорошо. А тебе что здесь нужно? Затаилась бы и переждала, пока он того… не в пепел.
— Я бы так и сделала, но он похитил папу!
— Ну, если твой отец тоже маг, тогда понятно. Если он в темнице, то у него два пути — либо отречься от других стихий и тоже в жрецы — либо будет жертвой священному огню. А ты на поединок пришла хозяина вызывать?
— Нет смысла. Если уж он папу скрутил… Попытаюсь договориться или выкупить. На крайний случай, поговорить с папой — всё же жрецом быть лучше, чем жертвой.
Тив лениво приоткрыл левый глаз — девчонка совсем не умела врать, последняя фраза, про жрецов и жертв, не обманет даже вечно занятого своими делами хозяина. Но ловить на лжи колдунью — не лучший способ пожить долго и счастливо. Главное — побыстрее смыться, если она с хозяином не столкуется и начнёт заварушку.
Мунь тоже не стал заострять внимание на таких мелочах. Или может быть, ему и правда было интересно.